Роман не удивился предложению, он ждал его, так как беседовал с Афанасием, мастером рукопашного боя, и не раз слышал от него истории, ставшие апокрифами, с чего начинают тренинги классные наставники. Ударил он, как ему показалось, неожиданно, левой рукой в висок Вохи. и не дотянулся до виска буквально на миллиметр.

— Тебя выдала твоя мысль, — спокойно сказал тренер. — Не учили блокировать мыслесферу?

Роман вспомнил советы Олега Харитоновича.

— Практики не было.

— Попробуй ещё раз.

Роман сосредоточился, закрыл голову «зеркальным пузырём», сделал вид, что хочет ударить Воху в подбородок, но сам нанёс удар коленом.

Удар не прошёл.

Воха снова успел отодвинуться ровно настолько, чтобы колено противника лишь коснулось его бедра.

— Неплохо. Теперь тебя выдали глаза. Не удивляйся, эта система — изворот — применялась ещё дочеловеческой цивилизацией, когда мысль была не просто искрой сознания, а и потоком энергии. Миллион лет назад её адаптировали под свои нужды предки человека истинного, от них она перешла к арктам, предкам нашим, которые смогли задействовать весь потенциал тела. Мы только пытаемся вспомнить, что умели они. Знаешь, что даёт изворот?

Роман хотел ответить веско, перечислить известную ему «суперфизику» боевых кондиций, но передумал.

— Что?

— В первую очередь мгновенное понимание алгоритма ответа. Доверься своему телу, и оно отреагирует само.

— Уход в бессозналку? — понимающе хмыкнул Роман.

Воха засмеялся.

— Где ты это слышал? В принципе, действительно в бою работать надо на бессознательном уровне, мысли мешают, разум совершает ошибки. Но ведь жизнь — это поток сознания? Научись отвечать на её вызовы параллельно сознанию, а для этого надо обрести уверенность в своих силах, причём не через десять-пятнадцать лет, а сейчас.

— Понятно.

— Ну, если понятно, начнём. — И Воха без замаха толкнул Романа в грудь, так что тот отлетел к стене, хватая воздух ртом.

— Не понял, — с сожалением сказал тренер. — Ещё раз объяснить?

Роман проглотил обидное возражение (ты же не предупредил!) и заставил себя заблокировать все эмоции. Жизнь в лице тренера бросала ему вызов, и отвечать на него надо было автоматически, инстинктивно.

С того дня он чётко усвоил стратегию поведения: всегда быть готовым к любой неожиданности, опираясь на голос постоянно работающей интуиции.

— С полнотой и гибкостью движений мы разобрались, — начал Воха после короткой разминки. — Ты уже можешь поворачивать руки и ноги по самым сложным движениям и векторам свободы. Это хорошо. Сегодня начнём постигать технику выведения противника из равновесия.

— А удары? — поинтересовался Роман.

— Ударная техника впереди. Сначала надо заставить работать голову, потом остальные части тела. Ты готов?

Вместо ответа Роман мгновенно кинул кулак в лицо Владимира Игоревича, зная, что он среагирует, и тут же толкнул его другой рукой в плечо.

Воха не поддался на приём. Улыбнулся.

— Хорошо, я не успел прочитать тебя. Из тебя выйдет толк.

— Лишь бы недалеко вышел, — проворчал Роман.

— Делай как я.

Тренировка началась.

Возвращался домой он в начале второго, продолжая двигаться и впитывать все полевые перемены вокруг так, как учил Воха.

Тренер впервые показал ему точки активного поражения на теле человека, и когда Роман заявил, что видит их в буквальном смысле этого слова, предложил в перспективе сосредоточиться на технике Дим-мак, адептами которой являлись китайские мастера.

— Воздействие на точки гораздо эффективнее, чем зубодробительные йоко-гери и апперкоты. Если ты видишь нервные узлы и научишься безошибочно попадать в них пальцами, интуитивно определяя степень воздействия, станешь непревзойдённым мастером.

— Я читал о технике «смертельного касания», — заикнулся Роман.

— «Смертельные касания» тебе знать рановато, — возразил Владимир Игоревич. — Достаточно овладеть нейтрализующей системой. Ты хороший биоэнергетический оператор, владеешь ФАГом.

— Ещё не владею, учусь.

— Владеешь, только не знаешь об этом. Изворот — лишь дополнение к твоим природным данным, главное твоё оружие — дистанционное пси-воздействие. А этому не научишься, с такими возможностями надо родиться. Мне, к примеру, дистанционка не даётся.

Роман промолчал.

Расстались они как всегда дружески.

— Завтра в семь вечера, — сказал Воха, прощаясь.

Роман кивнул, пожал локоть тренера (рукопожатий тот не любил) и вышел.

Захотелось есть.