Кофе взбодрил.

Роман вспомнил совет Афанасия — купить парик — и сел на диванчик, решив устроить революцию в организме, то есть заставить работать нужные гены и вырастить волосы на голове. Однако добиться успеха ему не удалось. Сначала мешали посторонние мысли, а когда он от них избавился, позвонил Афанасий Вьюгин:

— Не разбудил?

— Нет, — выдохнул разочарованный Роман.

— Есть дело.

— Я. занят. До завтра терпит?

— Слышал поговорку? Бог изобрёл «сегодня», дьявол — «завтра». Я никогда не откладываю дела на завтра, и тебе того желаю.

— Что нужно?

— В Москву приехала из Дагестана террористка-смертница, поставлена задача обезвредить. Поможешь?

— Откуда вы знаете, что она приехала?

— Оперативная информация.

— А сами что?

— Я дал задание группе. — В голосе Афанасия прозвучала досада. — Никаких следов!

— Значит, это утка.

— В том-то и дело, что информация проверена по разным каналам. Шахидка здесь. Она русская, хотя и родилась в Дагестане, является сестрой убитого в прошлом году полевого командира.

— Я думал, война в Дагестане кончилась.

— Она будет продолжаться до тех пор, пока мы не уничтожим всё бандитское подполье, которое пополняется, к сожалению, совсем молодыми отморозками.

— Которые нигде не могут найти работу и учёбу.

— Ты прав, но с нас это ответственности не снимает и тревоги не отменяет. Смертница нацелена взорвать один из медицинских комплексов типа Склифа или нового онкоцентра в подмосковной Истре. Просканируешь?

— Что-то твои сенсы лыка не вяжут, — не выдержал Роман.

— Они тебя тоже сильно любят, — огрызнулся Афанасий. — Так что, ждать?

Роман отогнал мысль подольше помучить полковника, погрозил сам себе пальцем.

— Если что увижу — позвоню. — Стало интересно, сможет он справиться с заданием, какого ещё не выполнял. — Мне нужен список больниц.

— Речь идёт о крупных медицинских центрах. Могу сбросить список по почте.

— Хорошо.

Роман с сожалением провёл рукой по гладкому черепу, пообещал себе заняться восстановлением шевелюры в ближайшее время и заварил чай. Мысли о Даниэле приходили всё реже и реже, он наконец освободился от психологического гнёта, считая себя свободным от семейных обязательств.

Пока он с наслаждением пил чай с лимоном, компьютер сообщил, что пришло письмо от Вьюгина.

Крупных медицинских учреждений в Москве и области насчитывалось почти два десятка. Среди них были такие известные, как больница скорой помощи имени Склифосовского, научно-клиничекий центр отоларингологии, Бакулевский Российский научно-практический центр аудиологии, вирусологический центр

научно-исследовательского института микробиологии в Сергиевом Посаде и несколько других.

Роман невольно покачал головой. Чтобы просканировать такое количество лечебных заведений, требовалось время и запас душевных сил. А справится он с задачей или нет, уверенности не было. Тем не менее просьбу Вьюгина надо было выполнять. Как говорилось в таких случаях: взялся за гуж — не говори, что не дюж.

Он подготовил себе питьё — кружку клюквенного морса, чай, дольки лимона, уселся поудобнее.

Итак, с чего начнём, висв?

Первым в списке значился отоларингологический центр на улице Саляма Адиля.

Роман внимательно вгляделся в представленные фотографии зданий центра, нашёл его на карте: берег реки Москвы, территория большая, подъехать можно с нескольких сторон — с Карамышевской набережной и с улицы. Охрана стандартная, как написал Афоня, что означает: пройти на территорию может каждый, а тем более женщина.

Вперёд, висв?

Он закрыл глаза, сосредоточился на психосферном расширении, как по-научному назывался процесс вхождения в ментал, представил комплекс клиники и вошёл в состояние просветления.

На изучение негативных сосредоточений ушло почти сорок минут.

Всё-таки это была больница, люди приходили сюда лечиться, и лучевых радиаций, отражающих здоровые эмоции, в их аурах прослеживалось мало. Всё казалось, что «психолокатор» Романа нащупал то, что нужно, — место злобного намерения, куда и будет нанесён удар. Однако это были палаты с больными людьми, их насчитывалось больше сотни, и каждая была наполнена страданием, сквозь которое редко пробивались оптимистичные лучики выздоравливающих.

Роман вышел из ментала с ощущением провала, посидел с кружкой морса, потягивая вкусный напиток и обдумывая процедуру поиска носителя иной ауры — ненавистнической, которая должна была отличаться от аур пациентов.

Следующим объектом пси-сканирования он выбрал лечебно-реабилитационный центр Росздрава на Иваньковском шоссе. Отстроился от посторонних мыслей, потом от биоэнергетических шумов, производимых аурами больных. Стало легче выделять достаточно крупные «опухоли» искажённых болезнями пси-сфер и отсеивать мелкие.