— Сделаем, — пообещал за всех Джокер. — Но по очереди.

Шутить и ёрничать на этот раз никто не стал. Экстрасенсы понимали ситуацию и уже начали настраиваться на определённую работу, как они это делали не один десяток раз.

— Командир, — окликнул Вьюгина заместитель.

Афанасий выбрался на палубу.

— К нам гости, — показал Шаймиев на приближавшийся катер.

— Откуда он взялся?

— Как будто бы за нами шёл.

— Милиция, — односложно объяснил Зиновий.

— Милиция? — удивился капитан. — Что ей тут делать, вдали от берегов? Может, это рыбнадзор?

— Намучились мы с ними, — поморщился проводник. — Всё время палки в колёса суют. То им то не так, то это. Паспорта вздумали проверять, документы на проход по

Байкалу. К «Мирам» придрались: загрязняют, мол, акваторию, флору губят.

Катер приблизился, большой и старый, с ржавыми пятнами по бортам. Над рубкой его гордо реял трёхцветный российский флаг, на носу стоял прожектор. Назывался катер «Тёртый».

Шаймиев оглянулся на Афанасия.

— Как тебе нравится? Тёртый калач. Что им надо, как думаешь?

— Посмотрим.

«Тёртый» остановился почти впритирку к катеру вьюгинской группы. На носу судна появились двое мужчин в летней белой форме милицейских служащих, лейтенант и сержант. Один поднял рупор:

— Кто старший?

— Я, — негромко ответил Афанасий.

— Разворачивайте посудину и следуйте за нами.

— Щас, — хмыкнул Шаймиев. — Только сало доедим.

— Не понял!

— Представьтесь, — сказал Афанасий.

Милиционеры — низенький и плотный сержант и высокий, худой, как пугало, лейтенант — переглянулись.

— Служба береговой охраны, — снова поднял ко рту «матюгальник» сержант, хотя можно было разговаривать и без мегафона. — Разворачивайте корыто, да побыстрей!

— Попрошу не мешать работать, — сухо сказал Афанасий.

— Чо? — поразился сержант. — Не понял, что ли? А ну быстро сматывайтесь отсюда! На берегу поговорим!

— В другой раз, — по-прежнему не повышая голоса, сказал Афанасий. — Не мешайте работать федеральным органам, выполнять задание партии и правительства. Я полковник Вьюгин, а вы кто?

Из каюты выглянул хмурый Джокер.

— Командир, что вы там орёте? Нам же сосредоточиться надо. — Он увидел милиционеров, почесал подбородок. — Эти орут, что ли? Пошли их на.

Слуги порядка снова переглянулись. Сержант взялся за кобуру.

— Немедленно выйдите на палубу! Включайте мотор, следуйте за нами! Повторять больше не буду!

— И я не буду, — хладнокровно сказал Афанасий. — Убирайтесь отсюда, пока наше терпение не лопнуло.

— Может, вы ещё и стрелять начнёте? — насмешливо сказал Шаймиев. — Не боитесь, что ответим?

— Это федералы из Москвы, Симанчук, — скучным голосом проговорил Зиновий. — У них карт-бланш.

— Да плевать мне, что они федералы! — заорал худой лейтенант. — Сказал — следовать за нами, значит, следовать! На берегу разберёмся! Не подчинитесь — применим оружие!

Афанасий посмотрел на Шаймиева, тот протянул ему рацию.

— Щас к тебе берег сам приедет, — пообещал майор.

Афанасий вызвал Михеева.

— Где вы? — спросил полковник.

— В пяти кабельтовых от базы.

— Будем минут через двадцать.

— Милиция грозится применить оружие.

— Какая, к чёрту, милиция?

— Два штымпа в форме, лейтенант и сержант. Фамилия лейтенанта Симанчук.

— Дай рацию старшему.

— Лови. — Афанасий бросил худому рацию, сделанную в форме браслета.

Лейтенант с трудом поймал её, толкнув напарника в плечо так, что тот уронил мегафон

в воду.

— Вот б.ь! — выругался сержант. — Утонет же!

— Лови, хватай за ремешок!

— Поговори с начальством, — сказал Афанасий.

Лейтенант поднёс рацию к уху. Что он услышал, осталось неизвестным, но глаза у него полезли на лоб, стали как плошки, на лбу выступила испарина.

— Хто?! — переспросил он удивлённо. — А-а. понял, товарищ полковник. Симанчук моя фа. лейтенан. ага, понял, слушаюсь!

Он сглотнул, вытер дрожащей рукой пот на лбу, протянул рацию Афанасию, будто они стояли рядом.

— Велено передать. звиняйте.

— Бросай, — сказал Шаймиев.

Лейтенант неловко бросил. Теперь уже Шаймиеву пришлось проявлять чудеса эквилибристики, чтобы поймать браслет и не свалиться в воду.