Отряд остановился перед перегораживающей туннель горой мусора. Нет, настоящей баррикадой: Игорь явственно разглядел следы человеческих рук, укреплявших этот «бастион»: бетонные балки, уложенные поверх рыхлого склона, вкрапленные то тут, то там осколки стекла, пугающей остроты, ржавая спираль колючей проволоки по гребню…

– Ты куда нас привел? – спросил возмущенно кто-то.

– Это же тупик!

– Не, не тупик, – парень покачал головой. – Гетто это.

– Чего-о?

– Уроды тут всякие живут, да выродки всевозможные, – пояснил наемник. – Мы еще пацанами сюда лазали, штуки всякие сверху на хавчик меняли. Их как бы нету, стараются их не замечать, но они – вот они, тут живут.

– Разве их не всех у вас истребляют? – гневно сверкнул очками товарищ Пинскер. – У нас на линии такой мерзости нет…

– А как же братство всех народов? – ехидно прищурился Меченый.

– Народов! – поднял вверх указательный палец изрядно осмелевший «вождь»: после того взрыва звуков погони не было слышно – то ли потери преследователей были слишком велики, то ли обрушился туннель и преследователи сами оказались в тупике. – Людей! А это – нелюди.

– Ошибаетесь, – подал голос Игорь. – Некоторые мутанты почеловечнее вас будут. Что тут человечного, скажите, в том, чтобы сотню живых существ положить ради идеи?!

Пинскер только открыл рот, чтобы возразить, как сверху, с баррикады раздался неприятный скрипучий голос:

– Кто вы такие? Что вам нужно?

Говорившего не было видно, оставалось лишь гадать, кому принадлежит голос – мужчине или женщине. Наемники переглянулись, и Меченый шагнул вперед:

– Мы просим убежища и защиты.

Наверху помолчали, а когда слова зазвучали вновь, в них сквозила неприкрытая издевка:

– Четверо вооруженных людей просят защиты у изгоев убогих?

– Нас преследуют.

– Тогда мы тем более не можем дать вам приют. Мы не вмешиваемся в дела людей. Счастья вам!

– Вот и поговори с такими, – развел руками командир, поворачиваясь к спутникам. – Что будем делать? Возвращаться?

– Постой, – Игорь подвинул Меченого и выступил вперед.

– У вас там есть такой Охотник… – начал он.

И голос тут же откликнулся, будто его обладатель никуда не уходил.

– У нас тут много охотников, – напряженно ответили сверху. – А кому он понадобился?

– Тому, кто ему жизнь спас, – буркнул Игорь.

Повисла пауза, но когда беглецы уже собрались уходить, со скрежетом, сбросив целый пласт слежавшегося мусора, распахнулся люк. Отдельного приглашения войти не последовало, поэтому Князев оглянулся на молчавших спутников, с трудом протиснулся в узкое отверстие и пополз по наклонной и гулкой металлической трубе вперед.

В неизвестность…

Все встреченные за баррикадой аборигены были облачены в длинные балахоны с большими капюшонами: точно такой же носил Охотник. На людей они были похожи весьма относительно. Иногда в темноте мелькали пятна поросших серебристой шерстью лиц – или морд? Иногда казалось, что поблескивала зеленая изъязвленная кожа. Но близко к себе туземцы не подпускали. Да вновь прибывшие не горели желанием общаться.

Наконец, наемники предстали перед существом, наделенным властью над уродами. Лик его также был скрыт под капюшоном. Правитель восседал в кресле на колесах, похожем на трон.

– Мы просим у вас убежища, – кашлянув, сказал Меченый.

– Это невозможно, – бесстрастно ответил Безликий. – Разве дали бы вы, люди, убежище любому из нас, попроси мы об этом?

– При определенных условиях…

– Нет, – перебил командира безжизненный голос из-под капюшона. – Никогда. Для вас мы – выродки, ошибка природы, твари. Вы для нас – палачи, душегубы, расисты. Как нам ужиться вместе?

– Мы в беде, и…

– Что нам с того? Пока вы заняты своими бедами, у нас передышка. Как только вы справитесь со своими несчастьями, сразу постараетесь добраться до нас. Власти Черкизона не трогают нас при условии, что мы не приближаемся к их владениям и не вмешиваемся в их дела. Уходите.

– Да, мы уйдем, – оскалился Меченый, и его асимметричное лицо превратилось в страшную маску. – Но недалеко. Мы дадим бой прямо под вашей стеной…

– Это ваше дело, – Безликий был невозмутим.

Повисла пауза. Было ясно, что ничего путного люди от этой бездушной твари не добьются. Нужно было попытаться как-то укрепиться снаружи, пока еще есть время… И тут Игорь взорвался.

– Мы можем быть вместе! Можем помочь друг другу выжить! Охотник спасал мою жизнь, а я спасал жизнь Охотника… Он стал мне товарищем. А теперь вы вышвыриваете нас обратно к нашим врагам на верную смерть.

– Я не предлагал вам вернуться обратно, – проскрипел голос. – Мы можем вывести вас через другой ход. Это будет достаточной платой за спасение одного из нас?