Я звоню в колокольчик. Мария приходит почти сразу. Она очень быстрая, моя внучка. Кидает сердитый взгляд на кучу бумаг у моих ног, резко поднимает с пола малыша, отнимает фломастер и лист, даже не взглянув на рисунок. Я ее понимаю — большой дом, хозяйство, маленький ребенок, а еще и немощный, почти неподвижный старик. Ей всегда некогда. Но я пытаюсь ее остановить, привлечь внимание, показываю лист бумаги, который держу в руках.

— Ну, что еще? — Мария наклоняется, собирает содержимое папки, вырывает у меня из рук картину и сует ее туда же. Там оказывается и рисунок малыша. — Что старый, что малый…

Как странно, думаю я. Когда-то мне было что сказать, но я не мог произнести нужные слова. Когда слова появились — исчезло знание. Теперь я опять мог бы многое сказать, но слова вновь не хотят произноситься. Значит ли это, что на этой дороге не должно быть указателей, что каждый должен пройти по ней самостоятельно? Я не смог. Но кому-то ведь наверняка удается. Я смотрю на малыша. «Я не забуду», — говорит он глазами. И я почти в это верю…