— Вон! — прорычал он, указав на дверь.

Джинния встала с кровати, пошла в сторону выхода, но, проходя мимо вампира, развернулась и кинулась ему на шею:

— Пожалуйста, не гони меня! Я многое могу.

— И еще больше хочешь, — холодно сказал Стар. — Я тебе помог не для того, чтобы ты расплачивалась со мной своим телом.

Глаза девушки заволокло слезами.

— Ты злой! Ты нехороший!

Она бы притопнула даже ножкой, если бы не была в образе джиннии.

— Повторяю последний раз — вон из комнаты!

Злобно фыркнув, Верита вышла в коридор. Стар помассировал виски.

Если бы эта дурочка не ушла, то ей грозила бы опасность послужить пищей для взбесившегося вампира. Хорошо, что она…

Дверь распахнулась, и Верита ворвалась вихрем в комнату. Осела на пол и картинно зарыдала, размазывая слезы по лицу. А затем подняла голову, поймала взгляд Стара, как удочкой рыбу, потянула его к себе. Все ближе и осторожнее, чтобы не спугнуть.

Торжество, вспыхнувшее в глазах вампира, удлинившиеся клыки яснее ясного подсказали, что со Старом происходит и почему он старался выгнать девушку из комнаты.

Отчаянно взвизгнув, Верита попыталась исчезнуть. Не получилось. Жажда, проснувшаяся в вампире, сделала того предусмотрительным. Джинния попятилась, отчаянно ища пути к отступлению.

Но что одна маленькая джинния могла сделать против большого и голодного вампира? Ничего. Эту нехитрую истину Верита поняла, стоя в углу, куда ее загнал Стар.

Зажмурившись, она перестала сопротивляться. Пальцы вампира обхватили ее ладонь. Длинные клыки распороли кожу…

Верита распахнула глаза… Стар не пил кровь, и драгоценная голубая жидкость мерно капала на пол.

«Он меня сейчас убьет», — подумала джинния.

В это же мгновение клыки из ее запястья исчезли. Черные глаза смотрели куда-то в глубины души джиннии.

Стар немного взял жажду под контроль и указал Верите на дверь.

На этот раз джинния послушалась и вернуться не осмелилась.

Стар стер с губ капли крови, брезгливо сморщился. На кровать были высыпаны из сумки многочисленные пузырьки с искрящимися зельями, подписанные изящным почерком Леи.

Выбрав два зелья, Стар сгреб все остальное обратно в сумку, выпил содержимое из флаконов и упал на кровать.

Сон пришел к нему почти сразу, но почему-то кровная связь не сработала: не откликнулась на зов Лея, не отозвался Нейл. Стар насторожился. В трансе было немного легче воспринимать реальность. Окинув себя взглядом, вампир вдруг понял, что весь опутан длинной цепью. Конец ее уходил куда-то в сторону, и вампир не смог увидеть хозяина.

Зато заметил другое — вокруг тела была тонкая сфера, которая не давала цепям вгрызаться в кожу, полностью подчинить себе. Во тьме транса внезапно зажглись два огромных голубых глаза, и голос Вериты приказал:

— Спи!

Проводив друга встревоженным взглядом, Вир поднялся на пост. Фьора направлялась туда же с подносом еды.

— Ей? — тихо спросил эльф.

Нага кивнула:

— Она голодный бездомный котенок. Ты ее спас, дал ей надежду. Но что ты будешь делать с ней теперь?

Эльф улыбнулся:

— Я дам ей дом, работу, но главное — того, кого можно любить.

Нага покачала головой:

— Ты очень странный эльф.

— Какой есть.

Разговор затих сам собой… Рыженькая кошечка была очень голодна — это подсказал сухой блеск глаз, но ела она, не торопясь. Когда кошка закончила трапезу, Вир пересел к девушке.

— Итак, рассказывай.

— Спасибо за еду и кров. — Рыженькая поклонилась. — Мое имя Нэко. Мне двадцать три года. По меркам нашего народа я уже давно перестарок. Но рыжие коты, особенно такие чистокровные, как я, живут дольше остальных. Ну и взрослеют медленнее. В племени меня не любили. Часто поначалу били. Потом я научилась быстро бегать, хорошо прятаться… еще чуть позже — давать сдачи. Рыжие — отверженные. Чтобы избавиться от меня, мне постоянно давали жуткие задания. Отправиться в Сумеречные горы, например, очистить подземелья от обитателей. А когда у меня на когтях вспыхнул огонек, меня сослали на пост в надежде, что наги как-нибудь обойдут свою клятву и смогут меня убить.

— Какие же они гады, — сказала потрясенно Фьора. Ладони сжались. — Убила бы. Порвала бы на кусочки.

Вир, не отводящий во время рассказа взгляда от Нэко, резко повернулся к наге. Метнулся вперед стремительной смазанной тенью… Его ладонь пробила грудь Фьоры, сжала сердце и тут же исчезла.

Нага стояла на хвосте, застыв в нелепой позе, и все ждала, что умрет. Смерть приходить не спешила.

Вир опять сидел напротив рыженькой, задумчиво изучая обрывок алой линии на ладони.

Нага наконец отмерла.