— Ну, так что же он сказал? — спросила Энн-Мери по-прежнему шепотом, хотя рядом никого не было.

— Ничего! — вскинулась Джеми. Ей совсем не хотелось отвечать на вопросы. Да и что сказать? Том в чем не признался. Ничего не сказал. Просто расхаживал туда-сюда, а потом приблизился к ней с этим странным выражением на лице и копьем в руке,

Энн-Мери взяла ее за руку и посмотрела в глаза, чего-то ожидая.

— Эй, Энн-Мери, пойдем, там играют нашу любимую песню! — крикнул Бадди, высовываясь из спортзала.

Девчонки на мгновение прислушались. Из открытых дверей доносилась песня «Сражаться за вечер с тобой».

— Это ваша любимая песня? — спросила Джеми, скривившись.

— Да. Бадди очень романтичный, — ответила Энн-Мери.

Джеми рассмеялась. Подруге всегда удавалось ее рассмешить, несмотря ни на что.

— Послушай, я возьму у Бадди ключи от машины и скажу, что отвезу тебя домой. Мы обо всем поговорим по дороге, ладно?

Джеми улыбнулась и согласно кивнула.

Когда подруга умчалась, она принялась разглядывать свое колено. Царапина была совсем маленькой, да и боль уже прошла. Ей чуть-чуть полегчало. Сердце стало биться ровнее, и голова уже не была такой тяжелой.

«Мне стало лучше потому, что ушел Том», — поняла Джеми.

Мысль казалась ужасной, но это была правда.

Она слишком боялась его. Настолько, что у нее начались галлюцинации. Настолько, что на какое-то время помутилось сознание.

Но есть ли причины бояться? Или во всем виновато больное воображение? Нет. Джеми не сошла с ума окончательно. И основания для страха были.

Разве она не видела, как Том застрелил беззащитного человека в магазине?

Джеми оглядела коридор. Ей хотелось поскорее уйти отсюда, вернуться под защиту своей комнаты. Но даде там не спрятаться от своих мыслей и от того факта, что жизнь разрушена, а всем планам и мечтам пришел конец.

Энн-Мери вдалеке о чем-то спорила с Бадди. Он втянул ее в зал, и дверь за ними захлопнулась. Джеми растерялась. О чем говорила Энн-Мери? Совсем не хотелось, чтобы еще кто-то узнал, что Джеми сходит с ума. Еще начнут жалеть…

По школе поползут слухи о том, что у них с Томом что-то не заладилось. А потом, когда полиция поймает его, выяснится, что он ограбил магазин и убил человека…

Что тогда?

Что будут думать про нее? Что станут говорить? Как она сможет смотреть людям в глаза?

— Эй, очнись! — Энн-Мери звякнула у нее перед носом ключами от машины. — У тебя транс, что ли?

— Нет. Извини. — Джеми помотала головой, отгоняя пугающие мысли.

— Тебе полегчало? Ты уже не такая зеленая, хотя при этом желтом свете любой покажется зеленым.

— Да, мне лучше, — усмехнулась Джеми. — Намного.

— Хорошо. Идем, — сказала Энн-Мери, глядя на выход.

— Послушай, может, останешься здесь? Потанцуешь с Бадди?

— А как же ты? Я…

— Мне намного лучше. Правда. Почти хорошо. Глоток свежего воздуха, и все будет нормально. — Джеми вымученно улыбнулась. — Мне не хочется разговаривать. Лучше пройтись до дома одной. Чтобы все как следует обдумать.

— Ну… — Энн-Мери посмотрела ей в глаза, пытаясь понять правду. — Ты уверена, что тебе снова не станет плохо?

— Уверена, — ответила Джеми, сжав ее руку. — Большое спасибо. Ты всегда оказываешься рядом в трудную минуту.

— Ну, если ты хочешь поговорить потом…

— Спасибо, — сказала Джеми искренне. — У меня выдался тяжелый день. Мне надо как следует подумать.

— Ладно. Не раскисай, — сказала Энн-Мэри и направилась к спортзалу. Через несколько секунд Джеми вышла за дверь, в темную прохладу ночи.

С востока дул холодный ветер и пригибал к земле кустарники, окружавшие школу. Старые дубы и сикаморы таинственно перешептывались.

Джеми глубоко вздохнула, узнав сладкий аромат яблонь. Семья Фоссетов, жившая рядом со школой, недавно вырубила яблони и теперь жгла получившиеся дрова.

Джеми улыбнулась. Она шла к себе, мимо знакомых домов, по знакомой улице. Чудесный запах успокаивал.

«Кое-что никогда не меняется, — подумалось ей. — Даже если жизнь разрушена и все планы пошли прахом, кое-что остается прежним».

Он пересекла улицу Хупл и свернула вправо, Вермонтскую. Проехавшая мимо машина просигналила ей. 'Гам сидели двое знакомых ребят, которыееще раньше ушли с танцев и теперь колесили по городу. Джеми помахала им и двинулась дальше.