Она кивнула.

— Корди, ты разослала всем письма по электронке, чтобы сообщить, что я в порядке?

— Конечно.

— Кому сообщить? — спросил Алек. В его вопросе сквозило легкое любопытство.

— Семье и друзьям, — ответила Корди.

— А как насчет ее отца? Ты и ему сообщила?

Риган наградила мужа красноречивым взглядом, но он ее полностью проигнорировал.

— Мы бы очень хотели поговорить с ним, — сказал Джек. — Ну, знаете, вытащить его куда-нибудь попить пивка…

— А ведь его не так просто выловить, — добавил Алек.

— Он много ездит, — сказала Софи. — Мой отец занятой человек. Сейчас он за границей.

Корди и Риган знали, как Софи неудобно говорить об отце, и потому быстро сменили тему.

— Один из моих детей пытался взорвать мою лабораторию, — выдала Корди.

— Корди преподает химию в одной из средних школ, — объяснила Джеку Софи. — Разве кто-то из твоих детей не взорвал лабораторию в прошлом году?

— Типа того, — ответила она.

Джек улыбнулся.

— Как можно «типа» взорвать лабораторию?

— Это сложно.

Корди посмотрела на Риган и кивнула на Софи, намекая, что настала ее очередь уводить разговор от Бобби Роуза.

— Я никогда не забуду этот шум, — выпалила Риган.

— Что за шум? — спросила Софи. Она вспомнила, что не взяла свои антибиотики и теперь усердно пыталась справиться с закупоренной бутылкой.

— По телефону я услышал резкий звук, потом разбилось стекло, а потом — страшный грохот.

У Софи не хватило терпения на бутылку, и, не думая, что делает, она бросила ее Джеку. Он открыл ее, как и предыдущую.

— Я подумала, что ты мертва, Софи, — сказала Риган, и ее глаза сразу же наполнились слезами. — Я и правда так подумала. Я позвонила в «911» с одного домашнего телефона, а с другого Алеку. Но я не отключала сотовый, надеялась, что ты мне ответишь. Ты слышала, как я тебе кричала?

— Нет, не слышала.

— Как ты управилась сразу с тремя телефонами? — спросила Корди.

— Не знаю как, но управилась. Алек и Джек были на совещании, и секретарь, как правило, не прерывает его, но мне не пришлось долго объяснять. Думаю, я ее напугала до смерти, когда кричала в трубку, что в тебя стреляли.

Алек протянул руку к Риган и усадил ее к себе на колени.

— Мы добрались до больницы раньше тебя, Софи, — сказал он.

Риган промокнула глаза.

— Я поеду домой и хорошенько поплачу.

Алек погладил ее по руке.

— Почему бы тебе не выплакаться здесь и сейчас? Ты ни за что не доберешься до отеля, не расплакавшись по дороге.

Софи засмеялась. Риган могла плакать без остановки. Что действительно впечатляло. Когда они втроем были в начальной школе, Корди и Софи спорили, кто первым заставит Риган плакать. Софи всегда рассказывала грустную историю, которую сама и придумала, а Корди всегда пела грустную песню. Думая об этом теперь, Софи понимала, что они вели себя плохо по отношению к Риган. Было весело, но все равно неприятно. Странно, что эти воспоминания всплыли именно сейчас. Должно быть, во всем виноваты таблетки от боли.

— Мне жаль, что я заставляла тебя плакать, когда мы были маленькими, — сказала Софи, внезапно почувствовав себя виноватой.

— Когда ты заставляла ее плакать? — спросил Алек.

— Все время, — призналась Корди.

— Пока я не поняла, что к чему, — пожала плечами Риган. Она вышла в коридор, чтобы забрать свой свитер и сумочку, затем обернулась к Корди и сказала: — Я отвезу тебя домой, если ты готова ехать.

— Если я не нужна Софи…

— Пожалуйста, езжайте, — отозвалась Софи. — Очень вас прошу, и заберите с собой этих двоих.

Прошло еще пять минут, пока ее подруги добрались до двери. Риган обернулась в последний раз и спросила:

— Мне вот интересно. С кем ты говорила по сотовому, когда в тебя стреляли? Кто бы это ни был, наверняка он сейчас в ужасе.

— А, ты об этом… Поговорим завтра.

Алек и Джек не обратили внимания на ее уклончивый ответ. Казалось, они пустили корни в кресла.