Лисандра выскользнула из дома, и юркнула за угол.

Конечно, все жители города уже давным давно сидели по домам.

Однако, она-то знала, что неприятные случайности происходят чаще всего тогда, когда их совсем не ждешь.

Таким образом, некоторая осторожность не помешает.

Она притаилась за кустом сирени и прислушалась. Никаких подозрительных звуков. Если не считать раздававшихся совсем недалеко ударов мяча о траву и тонких голосов добилни.

– А у тебя как?

– Пусто. Ужас какой-то.

– И не говори. Что-то с этими людьми происходит. Умнее, что ли становятся?

– Нет. Людям не свойственно становиться умнее. Они для этого слишком мало живут. Все эти охоты на людей бывают по одному циклу: десять удачных охот, потом десять неудачных, десять удачных, десять таких, что остается только развести руками.

– Почему это?

Лисандра осторожно выглянула из-за куста. Добилни было двое.

Видимо, остальные разбрелись по городку, все еще надеясь встретить какого-нибудь ребенка, или женщину. А эти, похоже, потеряли всякую надежду.

Это они зря. Надежду нельзя терять никогда.

Глухо ударил о траву мяч.

– Все объясняется очень просто. Поколения. За двадцать охот подрастает новое поколение. Первые десять охот оно учится тому, что в этом мире много опасностей. В это время мы получаем то, что нам надо. Следующие десять охот это поколение людей уже знает, что в ночь добилни гулять нельзя. Кроме того, за предыдущие десять охот те из них кто поглупее так или иначе нам попадаются.

Остаются только умные. И наступают десять неудачных охот. Потом появляется новое поколение и все начинается сначала.

– Наверное так.

Тяжелый вздох и новый удар мяча о траву.

– И все же, десять охот пропадают впустую. Почему у этих людей поколения сменяются за двадцать охот, а не за десять? Тогда, все наши охоты были бы удачными.

– Да, это было бы просто прелестно. Но в жизни все устроено именно так, а никак не иначе. Остается, только, терпеть и ждать.

– И все же... неужели нельзя ничего придумать?

– Видимо нельзя.

Лисандра поморщилась. Эти добилни были на удивление бестолковыми.

Хоть бы ушли куда-нибудь. Не ровен час, заметят ее и будут мешаться под ногами.

Хотя, что они ей могут сделать?

Она выскользнула из-за куста и пошла в сторону дома Хантера. Ей не терпелось приступить к делу. А добилни... на них можно не обращать внимания.

За ее спиной послышалось:

– Ой, смотри, женщина.

– Правильно, женщина. Только, она вовсе не человек. Не видишь что ли – вампирша.

– Да какая разница? Главное – женщина, и не добилни. Давай, предложим ей сыграть в мяч.

– Она не согласится.

– Но попытка-то – не пытка. Давай.

– А, черт с тобой. Давай!

Вот это Лисандре не понравилось уже вовсе.

Остановившись, она повернулась лицом к догонявший ее добилни и сурово сказала:

– Вам чего?

Они остановились от нее в паре метров и стали лупить мячами о траву, то и дело бросая на нее преисполненные надежды взгляды.

– Еще раз спрашиваю. Вам чего?

Добилни молчали. Мячи их застучали по траве чаще.

Лисандра фыркнула и уже хотела было идти дальше, как тут один из добилни, имевший вид маленького мальчика, одетого в короткие штанишки и белую рубашку, с нотками бывалого искусителя в голосе, предложил:

– Сыграем?

Лисандра посмотрела на его спутницу. Это была женщина, встретившаяся ей возле почты.

– Слушай подруга, объясни своему приятелю, что играть с вами я не буду. Хорошо?

Женщина-добилни сделал вид будто не слышит ее слов, а мальчик снова, с ожесточением ударив мячом о траву, решительно сказал:

– Нет, будешь, обязательно будешь. И никуда не денешься.

Вампирша поняла, что если она немедленно что-то не предпримет, то ее сегодняшняя охота может запросто пойти прахом. Выпустив клыки, она прорычала:

– Не злите меня, мелкие добилни. Предупреждаю, если еще раз попадетесь у меня на пути, будет хуже.

– А что ты нам сделаешь? – вдруг спросила женщина-добилни. – Выпьешь кровь? Так ее у нас нет и вовсе.

– Я найду, что с вами сделать, – зловещим тоном пообещала Лисандра. – И вам это не понравится. Не злите меня. Вам разве никто не рассказывал, что самые мстительные создания на свете – это вампирши?

Проговорив это, она повернулась к добилни спиной и старательно не обращая на них внимания, двинулась к дому Хантера. До него оставалось не так уж и далеко.