Мужчина дернулся, потом попыхтел, набивая себе цену, и недовольно произнес:

– Меня зовут Ушатов Никита Антонович. Да-с… не прошу ни любить, ни жаловать, без этого как-нибудь, знаете ли… Деньги за месяц вперед!

– Как это?! – испугалась Люся. – Почему это вперед за целый месяц?!

– Люся! – рявкнула Василиса и наконец догадалась обидеться. – Вы меня начинаете тревожить, господин… Ушатов! Меня, между прочим, здесь многие приглашали… на постоянное место жительства! Но я выбрала вас… ваш домик. И не собираюсь платить вам сразу! А может быть, мне не понравится сервис? А может быть, меня не устроит санитарная обстановка? Нет уж, платим либо после, либо… я унесу свои деньги… конкурентам!

Мужчина мялся. Деньги упускать было никак нельзя – они же вот уже, почти в кулаке деньги-то! А эти кочевряжатся! Заплатили бы за месяц вперед, а там – пусть им не нравится что угодно – фиг он им хоть копейку вернет! Но тетки, как сговорились, тоже не выпускают денежки из рук. Вымогательницы!

– Тогда за неделю вперед! – решился наконец хозяин домика.

– Ни за что! – сверкала глазами Василиса.

– Тогда вообще сдавать не буду!

– А я на вас налоговую нашлю! И скажу, что уже проживаю здесь третий месяц! – вытаращилась Василиса. – А вот и мои свидетели!

– А я…

Спор закончился тем, что Маша вытащила кошелек и отсчитала деньги за неделю вперед.

– А кто у меня жить будет? – вдруг насупил рыжие брови господин Ушатов. – Я надеюсь, вот эта маленькая травести? – и он обернулся к Люсе.

– У этой маленькой травести куча больших недостатков! – выступила вперед Василиса. – Она очень шумная особа… и будет водить к себе мужчин, я ее знаю. Поэтому вам, как лицу оч-чень приятному, мы можем предложить красивую, умную, глубоко интеллигентную меня.

– Ну что же… прошу вас, – натянуто улыбнулся хозяин и растопырил руки, приглашая гостей из дома вон… – Пойдемте, я покажу ваше место пребывания…

Он вышел из красивого каменного дома, и женщины потянулись вслед за ним. Шумная особа, то есть Люся, то и дело сильно вытягивала голову, пытаясь заглянуть за соседний забор, зато Василиса щебетала вовсю:

– Вы не совсем поняли, нам бы хотелось посмотреть мою комнату. Да чего там посмотреть, я уже и переезжать сюда собралась! Мне совершенно не нужно показывать ваш огород, он меня уже устраивает, а вот…

Мужчина подвел дам к покосившейся отдельно стоявшей постройке:

– Вот эти хоромы – ваши! У меня это, в некотором роде, летняя кухня, но… я готов на несколько месяцев ею пожертвовать!

– Вот это?! – захлебнулась Василиса собственным возмущением. – И за эту конуру вы с нас содрали… Маша, сколько с тебя взял этот орангутанг?

– Вася, Вася, – зашипела Люся. – Ты же хотела именно в этот домик.

– Не переживайте, – обернулся к ней «орангутанг». – Я же сразу предупреждал – меня не нужно любить. Мне достаточно ваших денег. Женщина, прошу заметить, эта конура, как вы выразились, построена из исключительно экологически чистого природного материала! Из дерева! И здесь есть отдельный вход! А это, согласитесь, уже дорогого стоит!

Кухня поражала ветхостью и пустотой. В маленьком сарайчике была только старая железная кровать, плита с набором кухонной утвари и лампочка. Даже стола не было. Не наблюдалось также стульев.

– Ни фига себе – хоромы! – возмущалась Василиса. – Да в камере дизайн лучше! Там теперь даже телевизоры ставят!

– Я камеры не сдаю, – мило улыбался Ушатов – Если угодно камеру – это за дополнительную плату, потому что придется на окна ставить решетки.

– Да я тебя самого за решетку! – кинулась Василиса к толстой шее Никиты Антоновича.

Но неожиданно Люся выскочила вперед и стала приторно улыбаться.

– Мы согласны! – затараторила она. – Мы берем! Это ж… Вася! Это ж из дерева постройка! Ну что ты! Сплошная экология! Чистый воздух!

– То есть, – насторожился хозяин, – вы все же переезжаете вдвоем? Тогда цена удваивается!

– Сейчас прямо! – зарычала Василиса. – Одна я переезжаю, ясно?! И чтобы мне никаких посягательств! И чтобы к моему приходу здесь был стол, два стула и… и диванчик! Я у тебя видела на веранде, так вот сюда его притащишь! Да! Стол со скатертью! Из дерева у него постройка. Можно подумать, у остальных из пластилина!

Женщины подались за вещами, а хозяин посеменил в домик, чтобы перетащить сюда журнальный столик и… что там она еще просила?

Василиса же всю дорогу не могла успокоиться:

– Нет, Марья, к кому ты меня сунула?! Это ж надо, в свинарнике меня хочет поселить, и еще такие деньги ему всучили! Люся, прекрати скалиться! Вот совсем не вижу повода для радости! Это как же с таким жить-то? Я ж ему по гроб жизни этой конуры не забуду!

– Вася, зато там такой вид на пятнадцатый дом открывается, м-м-м! – блаженно закатила глаза Люся. – Я уже смотрела. Мы там мигом все дело распутаем!