– А мы… мы уже будем репетировать? Я думала только договор обсудить, – растерялась Люся.

– Нам завтра придется ехать в село Петухово, поэтому… надо хотя бы подобрать репертуар, – деловито докладывал Егор Львович.

– Хорошо, я сейчас принесу, – поджала губы Люся.

И чего там репетировать? Она уже все эти песни знает назубок! И этот тоже – к нему женщина пришла! Обсуждать договор, а он – репетиции! И чего он в этот шоу-бизнес кинулся? Ведь писателем вроде назывался!

Люся обиженно маршировала домой, а следом за ней несся Егор Львович.

– Люся! Ну погоди! Ну ты же одна не допрёшь инструмент! Я помогу, погоди!

Она пришла и твердо решила… сначала надо поесть! Да! Может она захотеть есть, в конце концов? Пусть этот… писатель… так и шарахается возле окошек. Воспитание не позволяло ему спокойно вбегать к Маше, когда ему вздумается, поэтому сейчас он уныло околачивался возле низенькой калитки. Ага! Машу ждет! Хочет с ней по-соседски поболтать, пока Люся будет собираться. Не выйдет! Мария еще раньше Люси подалась к какому-то пасечнику, чтобы про мед договориться. И даже Малыша с собой взяла.

– Финечка, иди я тебе колбаски дам… – проговорила Люся, старательно не замечая Соловьевской тени возле забора.

Финечка не шел. Он упрямо лежал на старенькой сумке Люси.

– Финли! Ты чего? – не поняла Люся.

Она подошла к коту, подняла его… рука скребнула по чему-то жесткому.

– Телефон… – рассеянно посмотрела на кота Люся и стала торопливо доставать аппаратик. – Что? Оля звонила?

На экранчике телефона высвечивался только один номер – Васин. Зато несколько раз.

– Что-то случилось… – мгновенно покрылся испариной лоб.

Василиса тоже далеко не всегда пользовалась этим благом цивилизации, а тут…

Люся уже набирала номер подруги. Сначала долго никто не отвечал, а потом… потом в трубке послышался чужой мужской голос.

– Где Василиса?! – холодно и спокойно спросила Люся.

– Ой, вы знаете… я и сам ничего понять не могу. У нас тут такое…

Голос принадлежал Никите Антоновичу – тому, у кого проживала Василиса. И… и конечно, больше ей некого было с собой взять на такое опасное дело, Люся же вся ушла… в музыку!!!

– Ясно! – коротко рявкнула Люся после того, как Ушатов рассказал ей, что произошло. – Так значит… ваши соседи… Хорошо! Сидите на месте… какой номер вашей машины? Сидите, к вам подойдут… специалисты.

И уже через минуту Люся набирала знакомый номер Пашки, Васиного сына. Тот умел реагировать мгновенно.

После звонков она выбежала за ворота.

– Люся! А аккордеон? – удивленно спросил Соловьев.

– Сейчас не до него… Малыш!!! Малыш!!! А, черт… – крикнула Люся и понеслась к соседям Василисы. Тем надо было сообщить, что у них бо-о-ольшие неприятности.

– Люся! Не надо Малыша, я с тобой! – не отставал Егор. Писатель, видно, нутром почуял, что бежит сейчас за новым сюжетом.

Серафимов и Лиза сначала хотели заехать прямо на оптовую базу, но Лиза настояла, чтобы они проехались просто по большим магазинам:

– Если магазин уже долго работает, он лучше нас знает потребности покупателя, – трезво рассуждала она. – Вот нам с тобой кажется, что первой необходимостью будет стиральный порошок, а людям, может быть, вынь да положь туалетную бумагу!

– Ну да… без нее и вовсе никак, – соглашался Серафимов, и его машина останавливалась возле какого-нибудь магазинчика.

После четырех магазинов Лиза вдруг нестерпимо заскучала. Вот просто заскучала, и все тут!

– Все ясно, – торопливо говорила она. – Везде примерно одно и то же. Сейчас надо ехать домой, и там уже написать список, что нам надо взять… и вообще, тщательно проработать каждый товар. А мы с тобой сразу по закупкам кинулись!

– Лиза, здесь каждый день дорог, – спорил с ней Игорь. – Надо открыться, а потом уже… докупать, думать, выдумывать.

– Ты сейчас деньги на ветер выкинешь, а потом уже не вернешь! – сурово хмурила брови Лиза. – Поехали домой! Надо ж не только ассортимент продумать, но и… и количество!

Игорь крякнул. С одной стороны, Лиза говорила все правильно, а с другой… Ну сколько уж можно все на листочках просчитывать? Вон у него сколько этих бумаг! И потом – он не говорил Лизе, но сам уже давно все просчитал, все выяснил, узнал… Конечно, надо бы ей все эти расчеты показать, но… а вдруг опять затянется?

И все же он ей уступил, и машина повернула к дому.