Она провела дрожащей рукой по лицу и начала сначала:

–  Я должна вернуться туда.

–  Я знаю, дитя, - мягко произнесла Севильяна.
– Я знаю.

Взгляд старой женщины скользнул мимо Микки, И когда она снова заговорила, ее тон напомнил Микки грустную маленькую девочку.

–  Неужели никто не назвал моего имени, пока ты была там? Неужели они совсем меня не помнят?

–  Вашего имени? Нет. А с чего бы им… - Микки вдруг поняла, и ее глаза округлились.
– Это вы. Вы - Последняя Эмпуза.

–  Нет. Я была Эмпузой. Но больше я не Верховная жрица Гекаты. Я отказалась от этого поста, когда была молодой и глупой. Но я заплатила за свое предательство. Двести лет я оставалась вдали от своего мира и своей богини и блуждала по земному миру, беспокойная, неудовлетворенная… истинная чужестранка.

–  Две сотни лет!
– Микки вытаращила глаза.
– Но как?…

–  Я и сама не могу понять этого толком. Да, я постарела, но я старилась очень медленно. Я привыкла думать, что таким образом Геката наказала меня… продлила мою жизнь настолько, чтобы я успела, как следует, по-настоящему пожалеть о своем поступке. И вот однажды, путешествуя, я несколько десятилетий назад посетила Талсу и случайно попала на открытие новых розовых садов…

Севильяна помолчала, на ее лице отразилась боль.

–  Я узнала статую Стража и поняла, что она была поставлена там неспроста, и потому снова и снова возвращалась в Талсу, ждала и наблюдала… А потом я встретила тебя и начала надеяться, что, возможно, Геката позволила мне прожить так долго по другой причине. Я надеялась, что великая богиня сделала это затем, чтобы я смогла передать тебе священное масло, а ты разбудила бы Стража и вернула его в Царство роз… и сама пришла туда, чтобы завершить то, что я оставила несделанным.

Прекрасные глаза старой женщины наполнились печалью.

–  Но почему ты совершила ту же ошибку, что и я? Я не предполагала, что ты сбежишь оттуда.

–  Я не сбегала!
– воскликнула Микки.

Но тут же понизила голос, потому что несколько человек оглянулись на нее.

–  Вы ведь знаете все про кровь, да? Как-то же вы поняли.

–  Да, твоя кровь питает розы. Разве я могла этого не знать? В наших венах течет одна и та же кровь, Микадо.

Севильяна легко коснулась руки Микки, с такой лаской, что напомнила Микки ее мать, отчего у нее сразу перехватило дыхание.

–  В тот день в госпитале я сказала тебе, что меня зовут Севильяна Калука, и это действительно так. Но это лишь часть моего имени. Я редко пользуюсь родовой фамилией… для меня слишком тяжело ее слышать и знать, что я отказалась от нее, хотя эта ошибка и была совершена очень давно. Мое полное имя - Севильяна Калука Эмпауз. И я была первой Эмпузой, сбежавшей из Царства роз. Когда я встретила тебя и почувствовала силу твоей крови, я понадеялась, что буду также и последней.

–  Я не сбегала оттуда, - тупо повторила Микки, уставившись на женщину, оказавшуюся ее предшественницей.
– Я там умерла.

–  Время там идет совсем по-другому, но все же Бельтайн еще не должен был наступить в Царстве роз.

–  Нет, зима еще только начиналась, - Микки недоуменно нахмурилась, - Но погода тут совершенно ни при чем. Просто в тот мир проникли Похитители Грез.

Севильяна прижала руку к груди точно таким же жестом, как недавно Микки.

–  Ох, богиня, нет!…

–  Это из-за меня. Они меня одурачили. И я впустила их. Астерий их убил… или вообще-то на самом деле их убить невозможно, так что это слово неправильное, но он их выгнал, отправил обратно в лес.

–  Астерий?

Микки пристально посмотрела на Севильяну, и тут ее ум наконец заработал, одолевая разбушевавшиеся эмоции. Это и была та самая женщина, о которой всем запрещалось говорить. Именно из-за нее Геката наложила чары на Царство роз и на Астерия. Ну, Микки сейчас не в том мире, и ей чертовски хотелось выяснить, раз и навсегда, что же тогда случилось.

–  Астерий - это имя, которым назвала Стража его мать, - Внимательно наблюдая за Севильяной, Микки заметила в голубых глазах вспышку удивления и неуверенности.
– Я хочу знать, что произошло между вами. От начала и до конца.

Севильяна заговорила, отвернувшись к окну, и ее голос приобрел странное музыкальное звучание, как будто она рассказывала историю, передававшуюся из поколения в поколение…

–  Я была молода и более чем глупа. Я была эгоистична. Мне нравилось могущество Эмпузы, так нравилось, что я не желала от него отказываться. Но по мере того, как все приближался и приближался Бельтайн, я убедила себя, что вправе избежать судьбы, предназначенной мне. Что я не такая, как все. Однако я знала, что не смогу пересечь лес одна, без охраны. И я подтолкнула Стража к тому, чтобы он забыл о своем долге и проводил меня через лес, к выходу в земной мир.