— Не понимаю, какое отношение это все имеет к разговору.

— Самое прямое, — вспыхнула она. — Ты замечаешь только то, что выведено в колонках и сбалансировано. И еще кое-что я тебе скажу, — продолжала она, не давая ему вставить слово, — я открою магазин, и даже если не заработаю на нем состояния, зато доставлю себе огромное удовольствие.

— Удовольствие? — Сай покачал головой. — На удовольствии бизнес не построить.

— Это мой бизнес, — возразила она. — Для счастья мне не нужны миллионные доходы.

Сай скупо и неодобрительно улыбнулся:

— Ты не изменилась.

Шейн распахнула дверь:

— Вали, продай какой-нибудь дом.

Под ее свирепым взглядом он вышел, сохраняя достоинство, которому она завидовала и которое презирала. Захлопнув дверь, она в бешенстве ударила кулаком о стену и, завертевшись на месте, принялась дуть на ушибленные костяшки пальцев.

— Черт!

Тут только она заметила Вэнса, стоявшего у лестницы. Их взгляды встретились. Он смотрел на нее спокойно и серьезно. От ярости и смущения щеки Шейн вспыхнули.

— Наслаждаетесь шоу? — сердито крикнула она и бросилась на кухню.

Там она принялась хлопать дверцами шкафов, давая выход своему отчаянию, и оттого не слышала, что Вэнс последовал за ней. Когда он тронул ее за плечо, она резко обернулась, готовая обрушить на него свой гнев.

— Дайте посмотреть вашу руку, — тихо попросил он. Невзирая на ее протесты, он оглядел ушибы.

— Да ерунда, пройдет, — отмахнулась Шейн.

— Перелома нет, — пробурчал Вэнс — но синяк будет. — Он вдруг разозлился на нее за то, что она повредила такую маленькую, мягкую ручку.

— Ничего мне не говорите, — ответила она. — Сама все понимаю. Выставила себя полной дурой.

— Простите, — сказал Вэнс. — Я должен был дать вам знать, что я здесь.

Глубоко вздохнув, Шейн высвободила руку. Легкая пульсирующая боль доставляла ей извращенное удовольствие.

— Ничего страшного, — пробормотала она и стала заваривать чай.

— Я вовсе не хотел вас смущать, — продолжил Вэнс.

— Поживи вы тут некоторое время, то рано или поздно узнали бы о нас с Саем. — Шейн нарочито равнодушно пожала плечами, но невольная резкость этого жеста только подчеркнула ее волнение.

Вэнс с некоторым неудовольствием почувствовал, что ему хочется знать все. Шейн грохнула крышкой о чайник.

— При нем я всегда ощущаю себя полной дурой!

— Почему?

— Потому что он всегда расставляет все точки над «i». — Она со злостью рванула дверцу шкафчика. — Он возит в багажнике зонт. Он никогда, ни за что и ни в чем не ошибается! Он всегда поступает разумно. — Она швырнула две чашки на стол. — Разве он кричал на меня сейчас? — грозно спросила она, поворачиваясь к Вэнсу. — Ругался? Вышел из себя? Нет! — в отчаянии воскликнула она. — Он всегда спокоен. Клянусь, он даже не потеет.

— Вы его любили?

Шейн молча посмотрела на Вэнса, затем прерывисто вздохнула.

— Да, да. Я его любила. Мне было шестнадцать, когда мы начали встречаться. — Она отошла к холодильнику, а Вэнс включил газ под чайником, что она забыла сделать. — Он был такой правильный, умный и… так убедительно говорил. — Шейн вытащила из холодильника молоко и улыбнулась. — Сай прирожденный продавец. Он может убедить вас в чем угодно.

Вэнса посетила мимолетная и необъяснимая неприязнь к этому человеку. Когда Шейн подошла, чтобы поставить на стол большую керамическую сахарницу, солнечный луч упал на ее волосы, они на миг вспыхнули золотом и погасли. Вэнс неотрывно смотрел на нее, чувствуя странную слабость внизу позвоночника.

— Я просто с ума по нему сходила, — продолжала Шейн.

Вэнс мысленно встряхнулся, чтобы следить за ее рассказом, потому что движения ее тела, обтянутого футболкой и джинсами, начали отвлекать его.

— Когда мне исполнилось восемнадцать, он попросил меня выйти за него замуж. Мы оба собирались поступать в колледж, и Сай сказал, что правильным будет год повременить со свадьбой. Он очень правильный, — горько прибавила она.

Просто хладнокровный идиот, подумал Вэнс, рассматривая очертания ее сосков под футболкой, и тут же с досадой перевел взгляд на ее лицо.

— Я хотела, чтобы мы поженились немедленно, но он сказал мне, как всегда, что я слишком нетерпелива. Брак — это серьезный шаг. Все нужно спланировать. Когда я предложила ему пожить вместе, он был просто в шоке. — Шейн с негромким стуком поставила молоко на стол. — Я была молода и влюблена. Я хотела его. А он считал своим долгом усмирять мои… примитивные порывы.

— Чертов идиот, — пробурчал Вэнс под шипение чайника.

— Целый год он меня переделывал, и я старалась стать такой, какой он хотел меня видеть: вырабатывала достоинство и здравы смысл. Успехов я не достигла. — Шейн покачала головой, вспоминая тот долгий и утомительный год. — Если я хотела пойти в бар с компанией друзей-студентов, он напоминал мне, что мы должны беречь каждый грош. Он тогда уже присмотрел маленький домик в пригороде Бунсборо. Его отец говорил, что это хорошее вложение средств.