— Но способны ли мы перевоспитать его? Ведь он не сделал для себя никаких выводов из провала с законом о престолонаследии.

— Хм-м… — произнес Пратаксис. — Пошли за деньгами.

— Что это значит? Реализуем его затею?

— А что мы можем сделать? — Когда они подходили к дверям, Пратаксис внимательно посмотрел в глаза Требилкока и задумчиво протянул:

— Самая большая ошибка короля состоит в манере его обращения с супругой.

— Так ты тоже все понял?

— Это бросается в глаза. Нет сомнений в том, что и он все знает. И при этом ничего не предпринимает. Ничего.

— Может быть, надеется, что кто-то все сделает за него?

— Чтобы это осталось на совести другого? Не исключено. При условии, если этот некто сможет действовать в полной тайне. Но ещё не время. Пока пусть все идет своим чередом.

Майкл кивнул, соглашаясь. Он весьма высоко ценил политическое чутье Пратаксиса. В таких вещах точный выбор времени может оказаться решающим фактором.

С момента своего возвращения из Аль-Ремиша Майкл изыскивал возможность вырезать эту раковую опухоль и при этом не обрезаться самому. Может быть, Вартлоккур сможет им помочь…

Браги спокойно ужинал, когда в комнату вбежал Дал. Рассыпаясь в извинениях, он вручил королю письмо. Прочитав послание, Рагнарсон недовольно скривился.

— Что случилось? — спросила Ингер.

— Вернулась Мгла и желает меня видеть. Хорошо, Дал, тащи её сюда.

Мгла появилась через несколько минут. Создавалось впечатление, что она постарела лет на десять.

— Похоже, тебе крепко досталось, — сказал Браги.

— Не могли бы вы накормить старую, усталую женщину? — спросила она, утвердительно кивнув на замечание Браги.

Ингер сделала жест рукой, и одна из прислуживающих за столом вышла. Рагнарсон с недовольным видом взирал на Мглу. Он намеревался откровенно поговорить с Ингер, а появление колдуньи лишило его этой возможности. Почему каждый раз кто-то оказывается на его пути?

А может быть, он сам каждый раз изыскивает предлоги, чтобы оттянуть неприятную беседу?

Мгла, не дожидаясь приглашения, упала на стул:

— Я совершенно обессилела.

— Ты сама на это напрашивалась, — сказал Рагнарсон, размышляя о том, что подобное поведение вовсе не в характере принцессы. Интересно, что она теперь затевает? Вслух же он произнес:

— Прости, но я ничего не понимаю. Какого дьявола ты вернулась?

— Я пришла молить о помощи. Еще раз.

— Но с какой стати? Я думал, что ты получила все, что хотела.

— Речь идет о наших проблемах на востоке, Браги. Я изучила ситуацию вблизи, и она оказалась гораздо хуже, чем можно было ожидать. Теперь я понимаю, почему так напуганы тервола. Это может означать конец света.

— Вот, оказывается, как! — воскликнула Ингер. — Ты, Мгла, хватила через край. В твои фантазии поверить невозможно.

— Ты не видела то, что видела я.

— Выкладывай все с самого начала, — оборвал их перепалку Браги. — Пока мне известно лишь то, что ты соблаговолила мне поведать раньше. А Вартлоккур вообще ограничился тем, что приказал мне не открывать рот в присутствии Непанты.

Мгла рассказала им о прозорливости своего предшественника лорда Куо, который, почувствовав присутствие опасности в пустыне на границе Шинсана, послал исследовательские отряды далеко на восток. Эти отряды пробудили какую-то силу — силу древнюю и ужасную, силу, которая стала проявляться через посредство создания, называющего себя Избавителем.

— Армии мертвецов? — в ужасе прошептал Рагнарсон. — Он поднял мертвых против живых?

Это и было сутью всей проблемы. Стоящая за спиной Избавителя сила оживляла павших бойцов и снова вела их в бой. Просто сражаться против него было мало, — чтобы хоть немного преуспеть, солдаты Империи Ужаса должны были вытаскивать с поля боя своих погибших и сжигать павших на поле боя солдат Избавителя, прежде чем те снова могли встать в строй.

Выслушав рассказ Мглы, Браги пришел к выводу, что подобную битву живые солдаты выиграть не могут. Какая яркая иллюстрации к притче о непобедимости смерти!

— Мертвые восстали против живых, — сказал он. — Тролледингская легенда о Драугах вдруг стала явью. Ужасно. Но ты так и не поведала, почему пришла ко мне.

— Потому что, покончив с Шинсаном, Избавитель придет за тобой.

— Не понимаю, — вмешалась Ингер. — Может быть, я чего-то не знаю. Вам явно известно больше, чем мне.

— Мгла уверяет, что мертвецами командует Этриан. Исчезнувший сын Насмешника и Непанты.

— И ты убил его отца, Браги, — сказала Мгла. — Жажда мести и есть та сила, которая руководит всеми поступками Этриана. Вначале Империя, а затем — ты. А после этого весь остальной мир.