– Кто это?

– Неважно, кто. Важно, что я многое про вас знаю...

– Что за шутки! Мне некогда...

– Подождите, не выключайте телефон. Я знаю, что вы пытаетесь продать перстень. Кстати, вам не принадлежащий.

В трубке зависла тишина. Некоторое время женщина соображала, что ответить.

– Вы кто? – наконец еле слышно спросила она.

– Властелин колец!

Я выключила мобильник и включила «прослушку». «Жучок», сидящий под крышкой бухгалтерского стола, обеспечивал прекрасную слышимость.

– Господи, что это было? – услышала я взволнованный голос Капитолины Степановны.

Кажется, чиркнули спичкой о коробок. Она закурила, значит, нервничает. Прекрасно, нам того и надо. Потом долго не доносилось ни звука. Не знаю, сколько бы это продолжалось, но у бухгалтерши зазвонил телефон.

– Да! – зло крикнула она. – Что?! Это опять вы?.. Да пошли вы знаете, куда?! Вот именно... Нет, не буду... Не ваше дело!

Трубка шмякнулась на аппарат. Ого! Как мы умеем злиться!

Я посидела в машине примерно час, потом снова набрала номер Капитолины и снова донимала ее намеками на ее темное прошлое. Дала понять, что знаю, почему умер больной в ожоговом центре много лет тому назад. Когда я позвонила в третий раз и рассказала, каким способом она убила Андрея Лютикова, бухгалтерша взвыла нечеловеческим голосом. Буквально через четверть часа она вышла из магазина и быстрым шагом направилась к остановке. Она села в маршрутку, идущую на вокзал. Я поехала следом за ней.

Из маршрутки мадам Прищепкина вылезла, несколько изменив свой внешний облик: на глаза она нацепила большие фиолетовые очки, а волосы собрала сзади заколкой. Тем не менее узнать ее не составляло особого труда: при ней остались та же рыжая шевелюра и, несмотря на жару, синий плащ. В очереди к кассе Капитолина Степановна нервничала, оглядывалась по сторонам. Я встала через одного человека от нее. На мне был платиновый парик, серые дымчатые очки и ветровка, в которой бухгалтерша меня еще не видела. Я прижимала к щеке платочек, всем своим несчастным видом показывая, что у меня жутко болит зуб.

Когда подошла ее очередь покупать билет, я слышала, как она, еще раз оглядевшись по сторонам, тихо попросила один до Москвы на ближайший поезд. Потом она буквально побежала к остановке маршрутки, идущей в центр.

Я покинула очередь к кассе, так как в этот момент у меня созрел план. Теперь моей задачей было натравить отца на дочь. Раз они оба так ценят этот перстень, пусть он станет для них яблоком раздора.

Едва я переступила порог дома, как позвонил Витя.

– Полин, я влез... ну, сама знаешь куда. Так вот. Ваша бухгалтерша занимается, похоже, финансовыми махинациями. Я тут показал некоторые документы одной знакомой – она аудитором работает, и она сказала, что мухлюет эта дамочка по-черному. Короче, финансовых нарушений там – тьма. Имей в виду.

– Спасибо, Витя. Учту.

Едва Шило отключился, как я тут же перезвонила Капитолине Степановне с «серой» мобилы.

– Мадам Прищепкина? Вас приветствует аудиторская компания «Статья номер двести». Предлагаю провести у вас аудит...

В трубке послышались короткие гудки. Бросила трубку. Нервничает мадам. Ничего, весь остаток дня буду периодически позванивать ей и щекотать нервишки. Люблю доставать таких. А что она себе думала! Отправила на тот свет двоих, похитила дорогостоящую вещь – и хочет при этом спать спокойно?! С родным папашкой и то не в ладах.

Кстати, о папашке. Надо бы сообщить ему, что его драгоценная доченька приобрела билет на московский поезд. Пусть поторопится побеседовать с ней, а то как бы колечко не уплыло в столицу. Я взяла мобильник и набрала номер Заворожного...

...Вечером мы с Николаем сидели в его машине недалеко от входа в больницу. Мы высматривали нашего мага-целителя. Теперь, узнав о том, что заветный перстенек может уплыть из его рук, он наверняка предпримет хоть что-нибудь, чтобы забрать его у своей доченьки.

Часов в восемь он вышел из больницы и, прихрамывая (обожженные ноги-то, как видно, еще болят!), направился к остановке маршрутки, идущей в центр. Мы поехали за ним.

– К дочке, что ли, едет? – спросил Николай.

– Должно быть. Посмотрим.

Заворожный действительно вышел на той улице, где жила Капитолина. Он доковылял до ее дома и, оглянувшись, скрылся в подъезде. Мы поставили машину так, чтобы этот подъезд был нам хорошо виден. Теперь оставалось только запастись терпением. Рано или поздно он выйдет, и вот тут нам надо быть готовыми... даже не знаю к чему.

Мы ждали не так уж долго. Был десятый час, начало темнеть. Сумерки опустились на двор, все жители разошлись по домам.

– Скоро он там? – не выдержал Николай.