Шрифт:
– А где Копченый?
– Не знаю. Я его не видела целую вечность.
– Неужели он был прав? Неужели она и вправду Дщерь Ночи?
– Не знаю. Сейчас не знаю. Но мы засунули свои головы тигру в пасть…
Глава 37
Я выехала перед рассветом. Среди моих спутников не было тех, кто помогал мне разделаться со жрецами. Я приказала им с неделю побыть в городе, а затем вброд через Мейн перебраться в отдаленную местность под названием Ведна-Бота. Мне не хотелось, чтобы они общались с теми, кто еще не знал о бойне.
Всего у меня было шесть тысяч человек, которые отличались от обычной толпы разве что тем, что они имели оружие. Но они были полны энтузиазма и рвались освобождать Дежагор.
Нарайяну не нравился поход. Он все время над чем-то размышлял. На третий день марша поздним вечером он подошел ко мне. От Гойи нас отделяло 20 миль.
– Госпожа?
– Решился заговорить наконец?
Он притворился, что мой вопрос не был для него неожиданностью. Сожалел ли он о своем скоропалительном решении воплотить во мне идею мессии Душил? Уверена, он предпочел бы лучше контролировать ситуацию. Чтобы Дщерь Ночи ощущала зависимость от его амбиций и планов.
– Да, Госпожа. Завтра – Этсатайя, первый день Фестиваля. Мы всего в нескольких милях от Священной рощи. Ваша встреча с джамадарами была бы чрезвычайно важна.
Мы отошли в сторону от людского потока.
– Я и не пытаюсь уклониться. Просто меня занимало другое. Ты говоришь – первый день. А я думала – Фестиваль и длится всего один день.
– Три дня, Госпожа. И самый пик праздника приходится на второй день.
– Я не могу позволить себе отлучаться на три дня, Нарайян.
– Знаю, Госпожа. – Смешно, но когда ему было что-то нужно, он вставлял почтительные обращения через каждые два слова. – У нас есть люди, которые могут проследить за движением отряда. Их задача – идти по дороге. А с вашими лошадьми мы их в момент догоним.
Я старалась не показывать своего истинного отношения к этой затее. Ехать-то нужно, но не хотелось. Пока что от собратьев Нарайяна большого толка не было.
Но сам он был незаменим. Надо пойти навстречу.
– Хорошо. Распорядись, чтобы эта толпа двигалась куда нужно. А сейчас приведи моего жеребца, и пусть придет Рам.
– Да, Госпожа.
Через полчаса мы оставили отряд.
Уже стемнело, когда мы добрались до Священной рощи Душил. Я почувствовала место, так как видно было плохо. Мне редко приходилось сталкиваться с более гнетущей аурой. Кое-кто из братства Нарайяна был уже там. Мы присоединились. Они украдкой поглядывали на меня, но смотреть в глаза никто не решался.
Делать было нечего, и я рано отправилась спать.
Сны были жутко отвратительными, беспощадными, и им не было конца. Всю ночь до самого восхода я пробиралась на ощупь сквозь туман и темные деревья. Над головой ругались и каркали вороны, десятки тысяч ворон. Нарайян и его друзья расценили это как знак удачи. Эти птицы были любимцами, посланниками и шпионами Кины.
Существовала ли какая-нибудь связь между ними и теми воронами, которые так долго и неотступно следовали за Черным Отрядом? Если верить Костоправу, они пристали к нам, как только мы пересекли Море Мук, что находилось в семи тысячах миль на север от рощи.
Проснувшись, я сразу почувствовала тошноту. Когда попыталась сесть, меня вырвало. Мужчины суетились вокруг меня, стараясь проявить заботу, однако они ничем не могли помочь мне. Нарайян казался насмерть перепуганным. Еще бы, ведь я была его капиталовложением. Если он меня сейчас потеряет, он банкрот.
– Госпожа! Госпожа! Что случилось?
– Меня выворачивает наизнанку! – рявкнула я. – Принеси мне чего-нибудь.
Но никто ничем не мог мне помочь.
Понемногу рвота прекратилась. Но стоило сделать резкое движение, к горлу подкатывало. Я проглотила завтрак. Через час смогла встать и двигаться, уже не испытывая особого дискомфорта, правда медленно.
Болезнь явилась для меня новостью. Раньше я никогда не болела. И мне это не понравилось.
В роще было уже человек сто, а то и больше. Они пришли взглянуть на своего мессию, а мессию подташнивало. Мне кажется, я не произвела на них большого впечатления. Я их понимаю – на их месте меня тоже постигло бы разочарование. Разве может живой человек соответствовать чаяниям второго пришествия? А в нынешнем состоянии я была вдвойне неподходящей кандидатурой.
Нарайян, видимо, сумел обосновать свой выбор. Раз они не перегрызли мне глотку.
В этой банде были представители всех, религий и каст, таглианцы и иноземцы. Все они имели зловещий вид, от них за версту воняло вековой кровью.
Праздничного настроения не ощущалось. Казалось, они ждали, что вот-вот что-то случится. Отозвав Нарайяна в сторону, я спросила его об этом.
– До ночи обычно ничего особенного не происходит, – ответил он. – Сегодня прибудет большинство джамадаров. Те, кто уже здесь, займутся приготовлениями. Вечером состоится церемония открытия Фестиваля. Известят Кину о том, что завтра – ее день. Завтрашние ритуальные обряды посвящены ее вызову. Ей предстоит выбрать кандидатов. После церемонии начнется пир. Во время всего Фестиваля жрецы должны рассматривать прошения. В этом году их немного. Придется решать старый спор между группами Инельда и Тваны, что вызовет большой интерес.