Движок заглох — это ладно, это ничего. Пусть быстрее заряжается пушка, ибо враг не дремлет. А где же вертолет? Не вижу Ми-24, из-за которого мы влезли в этот бедлам. Ничего, разберемся с плохими парнями, которыми развалины кишат, словно трущобы — тараканами, а там и вертушка отыщется. Никуда она не денется, далеко не улетит.

Двое выскочили из-за трухлявого тополя и, пробежав с десяток шагов, залегли за кучей битого кирпича. Рядом с танком валяться надумали — нашли, блин, перину. А потом из-за кучи прилетела граната и, отрекошетив от башни, взорвалась в воздухе. Надо бы с этими ребятками поговорить по-мужски. Ну, это мы запросто. Заряд есть, целюсь, щелкаю тумблерами…

И ничего!

— Пушка отказала?! — У Турка от напряжения задергалась щека.

Ну вот хрена он меня злит?! Будь все в порядке, стал бы я суетиться?! Неужто кто-то умудрился зайти нам в тыл и расхреначить катушки, расположенные в задней части башни? Там же не броня, а декоративная жесть… Похоже, так оно и есть.

— Смотри мне. Край, если что не так, я тебя!.. — Турок не на шутку разволновался, личико у него забавно перекосило. Мне вдруг стало безумно смешно, я с трудом сдержал хохот.

— Валим отсюда! — Сейчас Орфей был мало похож на легионера, способного одной левой порвать кровососу пасть.

Чудо-следопыты решили отступить. Мол, фикус с ней, со жратвой. А у меня почему не спросили? Понятно, что подставляться под пули никто не хочет. Но вот незадача — танк не может сдвинуться с места! Движок рычит, броня сотрясается, а никак!

Забавно, да? Обхохочешься, блин. Есть такая примета: «Бронетехника не едет — жди неприятностей». Я вырубил движок, чтобы не загнать его по-глупому. Всё: лапки кверху, не бей меня, дяденька, я больше не буду.

Не прошло и минуты, как Бычок со всех сторон окружили мародеры. Внешность, манера держаться — их ни с кем не спутаешь. Самые ублюдочные сталкеры так не опускаются. А вот для мародеров поистине нет дна, точно говорю.

Их было много, куда больше, чем я предполагал. А вот и главарь. Личность известная: Рамзан Третий — еще тот отморозок. Среди авторитетов Зоны пай-мальчиков нет, но этот урод жестокостью превзошел всех. Причем особо он ненавидел своих земляков. Говорят, поклялся Аллахом, что однажды его назовут Рамзаном Единственным.

Оглаживая бороду, он вышел из-за бетонного забора, когда окончательно стало ясно, что танк застрял и не способен вести огонь. Рамзан Третий — безумец, но себе на уме.

Широкую грудь его пересекали бандольеры с магазинами. В волосатых лапах отморозок сжимал гранатомет. Короче говоря, понятно было, что перспективы у нас не радужные. Но Турок, оторвавшись от ТНПО-01, все равно спросил:

— Эй, а чего это горец удумал?!..

— Подвела нас техника, ой подвела, — засуетился Орфей. — Братва, надо выбираться, пока чечен нас не поджег.

Надо, спору нет. Вот только куда и как?

Разве только вылезти через люк в днище — что Орфей и сделал: открыл, юркнул вниз. Турок отправился следом. Я подал им пару гауссганов и уже собрался покинуть танк, как Орфей прохрипел, чтобы я не спешил. Меня насторожил его голос: как-то не так он звучал.

В этот момент мародеры дружно открыли огонь. Слова Орфея заглушил грохот выстрелов. Но с недавних пор я умею читать по губам: следопыты застряли, их цепко прихватила «жадинка». Вот в чем дело!

После выстрела из пушки Гаусса, как обычно, вырубилась ПА-защита, а я в горячке боя попросту забыл ее включить. Да и смысла в этом не было никакого, ведь огонь велся постоянно. Ко всем бедам я припарковал танк в самом центре сильнейшей аномалии. Того времени, что Бычок простоял на «жадинке», оказалось достаточно, чтобы она крепко прихватила танк. Заодно «жадинка» приютила и сталкеров, которые сами в нее вляпались.

Но почему не сработали детекторы аномалий, ведь у наемников они есть? Над этим вопросом я обязательно подумаю. Потом. А сейчас надо решить задачку посложнее: включить ПА-защиту, чтобы танк смог выбраться из ловушки. Для этого надо приложить огромное усилие. Клацнуть тумблером — это вам не в карман чихнуть. Дай боже, чтобы у меня по жизни все проблемы были такими же.

Но сначала я посмотрел в прицел. Как раз в этот момент Рамзан Третий вдруг поднял глаза к небу. Шлепнувшись на колени, он коснулся лбом земли, вскочил и пустился в танец, мухоморов объелся или тарена переборщил? Другого объяснения у меня нет.

Вы когда-нибудь видели лезгинку с гранатометом наперевес? Нет? Не расстраивайтесь, вы много не потеряли. Совсем у горца крыша протекла. Главное — вовремя. Только Бычок тронется, я мимо не проеду — кровлю балеруну починю!

Оторвавшись от оптики, я перевел тумблер с надписью «ПАЭ ВКЛ.» в верхнее положение, рассчитывая услышать протяжное гудение, но — увы.