Я также отметила, что, даже волнуясь, Сари говорила по-таглиосски. У нее были с нюень бао свои счеты. Хотя, по правде говоря, у нас на складе на нюень бао говорила только матушка Гота – ей нравилось выступать в роли страдалицы.

Дядюшка Дой – толстый и маленький человечек, мускулистый и довольно крепкий, несмотря на свои без малого семьдесят. В последние годы характер у него заметно испортился. Он не расстается с длинным, слегка изогнутым мечом, который называет Бледным Жезлом. Бледный Жезл – моя душа, так он говорит. В каком-то смысле он жрец, хотя не считает нужным объяснять что-либо по этому поводу. Однако его религия допускает владение боевыми искусствами и использование священных мечей. На самом деле ничьим дядюшкой он не был. Это прозвище у нюень бао является признаком уважения, а все они считали Доя достойным всяческого уважения.

Со времен осады Джайкура дядюшка Дой то возникал в нашей жизни, то исчезал из нее, всегда скорее раздражая, чем оказывая содействие. То болтался под ногами целые годы подряд, то вдруг пропадал на недели, месяцы или годы. В последний раз его отсутствие длилось более года. Возвращаясь, он никогда не считал нужным сообщить, где был и что делал, но, судя по наблюдениям Мургена и моим собственным, по-прежнему упорно искал Ключ.

Любопытно, что он материализовался так внезапно именно сейчас, когда Нарайян и девчонка оказались в наших руках. Я спросила Сари:

– Твоя мать уходила сегодня со склада?

– Я тоже сразу же задалась этим вопросом. Надо будет выяснить.

В отношениях матери и дочери почти не ощущалось тепла. Мурген не был причиной, но, безусловно, стал символом этого.

Существовало мнение, что дядюшка Дой – колдун, хотя и довольно слабенький. Мне не приходилось видеть никаких доказательств этого – если не считать просто сверхъестественного владения Бледным Жезлом. Дой был стар, суставы у него одеревенели, рефлексы заметно ухудшились. И все же просто не представляю, кто мог бы стать для него достойным противником. Не приходилось мне и встречать человека, который так носился бы с куском стали, как он.

Хотя, внезапно подумала я, есть доказательства того, что он колдун. Ему никогда не стоило ни малейшего труда проникать сквозь лабиринт заклинаний, созданный Гоблином и Одноглазым, чтобы защитить нас от нежданных гостей. Надо бы заставить эту парочку потрудиться над тем, чтобы не выпускать его отсюда, пока он не объяснит, как проделывает это.

– Ну, что будем с ним делать? – спросила я Сари.

В ее голосе затрепетали еле слышные нотки веселья.

– Пока я занята, пусть посидит под замком вместе с Сингхом и Дщерью Ночи.

– Враг моего врага – все равно мой враг, это ты хочешь сказать?

– Я никогда не питала особой любви к Дою. По меркам нюень бао, он – выдающийся и благородный человек, всеми уважаемый герой. И одновременно он олицетворяет собой все, что мне не нравится в наших людях.

– Скрытность, да?

Она принужденно улыбнулась – это качество было присуще ей не в меньшей степени, чем любому нюень бао.

– Это у нас в крови.

Тобо заметил, что мы стоим, разговаривая. И тут же стрелой помчался к нам, чем-то ужасно взволнованный.

– Ма! Дядюшка Дой здесь.

– Вижу. Он сказал, что ему нужно на этот раз?

Я мягко, но предостерегающе прикоснулась к ее руке. Не стоило сталкивать их лбами.

Дой, конечно, уже заметил наше присутствие. Мне никогда не приходилось встречать человека, который до такой степени остро чувствовал, что происходит вокруг. Он мог расслышать каждое слово, даже сказанное шепотом. Очень сомневаюсь, что возраст ослабил его слух. Он жадно ел рис и не обращал на нас внимания.

– Пойди поздоровайся, – сказала я Сари. – Мне нужно пару секунд, чтобы настроиться для разговора с ним.

– Я слишком устала для этого. Нужно послать за Серыми, пусть устроят тут облаву. – Она даже не потрудилась понизить голос.

– Ма?

Изо всех сил стараясь сохранить спокойствие, я встретилась взглядом с Доем. И спросила – голосом, лишенным всяких эмоций:

– Что такое Ключ?

Связанные, с кляпами во рту, Нарайян Сингх и Дщерь Ночи поглядывали на нас, дожидаясь своей очереди.

Еле заметный всплеск удивления вспыхнул в глазах Доя. Он никак не ожидал, что именно я буду его расспрашивать.

Я была уже в новом образе, заимствованном у одного из членов шайки, которая напала на нас несколько лет назад. Его звали Вайра по прозвищу Наг. Теперь шайка была не у дел, Вайра благополучно отбыл в лучший мир, но его наследие время от времени оказывалось для меня полезным.

Пытать я Доя не собиралась, мои планы не распространялись так далеко. Судьбы Отряда и нюень бао так тесно переплелись, что жестокое обращение с Доем оттолкнуло бы этих наших едва ли не самых полезных союзников.

В ответ на мой вопрос Дой не издал ни звука. Собственно говоря, я и не рассчитывала, что он прямо так, с ходу, будет разговорчивее камня.