– Значит, вызвали нас за получением почты. Почту мы получаем в специальном кабинете, у майора Решетникова. Заходим по одному. Нас вызывают по списку. На этот раз меня вызвали последним. Значит, я расписался в журнале, получил четыре пакета и список адресов. Там же все уложил в кейс, пристегнул цепочку к руке. Все. Вышел и спустился в гараж, где начальник гаража, майор Дроздов, отправил меня на маршрут с Кузьмичом, то есть со старшим прапорщиком Сергеевым.

– А до этого, насколько я понимаю, вы не знали, с кем в этот день поедете на маршрут? – негромко уточнил Антипов.

– Нет, не знал. У нас такая система, чтобы исключить малейшую возможность утечки информации… – Семенов после этой горделивой фразы вдруг резко осекся, сообразив, что гордиться лично ему нечем.

– Какие еще люди были в гараже? – пропустив это не совсем складное заявление без комментария, спросил Антипов.

– Да кто? – Семенов нахмурился, вспоминая. – Два механика были в дальнем конце, ковырялись с машиной. Майор Дроздов, само собой, по роду службы. Ну и все. Кузьмич оставался последним, – к тому времени все наши курьеры уже разъехались, – а больше никого. Да, еще майор Решетников спустился на минуту, что-то из своей машины забрал. Вот и все. Больше никаких людей вроде бы в гараже я не видел.

Антипов обменялся с лысым долгим взглядом, при этом лысый чуть заметно кивнул. Семенов, не заметив этого, продолжил было рассказ:

– Сел, значит, я в машину, на переднее сиденье, и сразу поехали…

– Скажите, а майор Решетников для чего спустился в гараж? – на этот раз как-то даже ласково задал вопрос лысый.

– Кажется, из своей машины что-то доставал. А что, у него же есть разрешение ставить свою машину в служебный гараж. Такой допуск выдается всем начальникам отделений.

– Ясно, – кивнул лысый и снова сделал отметку в блокноте. – Значит, насколько мы поняли, только майор Решетников знал, что документы в думский Комитет по надзору повезете именно вы?

– Ну да, – подтвердил Семенов. – Он же сам распределяет наряды, смотрит, чтобы у всех была примерно равная длина маршрута.

– Но на какой вы поедете машине и с каким водителем, он не знал?

– Нет, конечно. Это уже в гараже распределяет майор Дроздов. У него специальная тетрадь, а там графики, чтоб два раза подряд курьеру с одним и тем же водителем не выпало ехать. С этим строго.

– А майор Решетников, когда спустился в гараж к своему автомобилю, видел, в какую вы садитесь машину? – не отставал лысый.

– Как понять? У нас все машины одинаковые, черные «Волги» тридцать первой модели, так что заранее ясно, в какой я машине поеду.

– А номер этой машины майор Решетников мог заметить? – уточнил мысль лысого полковник Медведев.

– Нет, – решительно ответил Семенов. – Мы стояли боком, да и до него метров пятьдесят было. Гараж большой, а личные машины стоят у дальней стены, чтобы не мешали выезду и возвращению курьеров. Но он и без этого мог понять, на какой машине я поеду.

– Каким образом, поясните, пожалуйста? – прищурился Антипов.

– Он же видел Кузьмича, а значит, и номер машины мог установить. Это нас на маршрут всякий раз с разными шоферами посылают, а они, шофера, на одних и тех же машинах все время ездят. Подождите… – спохватился наконец Семенов. – Вы думаете, что это майор Решетников?

– Пока трудно говорить, уважаемый Юрий Леонидович, – мягко отвел его вопрос Антипов. – Но то, что у нас есть подозреваемый, можно сказать с уверенностью. Ладно, я думаю, на сегодня достаточно.

Он вопросительно посмотрел на лысого. Тот дописал что-то в блокнот, закрыл его, аккуратно вместе с ручкой уложил во внутренний карман и только после этого согласно кивнул.

– Да, я согласен с вами, товарищ генерал. Два слова на прощание. Хочу вам сказать, капитан, – он снова обратился к Семенову, – что весь наш разговор записывался на диктофон, и вы несете ответственность за каждое произнесенное вами слово. Кроме того, вы обязаны будете пройти проверку на полиграфе – так называемом детекторе лжи. После всех процедур и проверок будет решаться ваша дальнейшая участь.

– Да, я готов… – пробормотал Семенов, испытывая неодолимое желание встать по стойке «смирно», когда генерал неторопливо поднялся со стула. – Все, что прикажут. Только бы побыстрей…

– Не торопись, капитан, – мягко улыбнулся Антипов уже от дверей. – Поправляй здоровье, пока есть возможность. На службе пригодится.

Он вышел в дверь, следом за ним – лысый, после него, ободряюще кивнув Семенову, полковник Медведев, и последним удалился напарник лысого. Два стоявших истуканами молодца подхватили стулья и в один миг выскочили из палаты. Щелкнул дверной замок, в палате наступила полная тишина. Семенов в изнеможении откинулся на подушку, растирая ладонью сильно занывшую грудь, о которой в последний час он ни разу и не вспомнил. Невзирая на довольно чувствительную тупую боль, на лице его появилась и долго не сходила счастливая улыбка, ибо он понял, что самое худшее в его жизни уже позади.