Итак, все расставлено по своим местам. Ни о каком будущем с Заком Фрименом не может быть и речи. Не то чтобы Кэтрин задумывалась об этом, но все-таки…

— Тогда я хочу, чтобы эта ночь с мужчиной без имени была незабываема, — сказала она, напомнив себе, что не должна ждать многого от этого свидания, ведь еще совсем недавно она вообще не хотела идти.

— Что ж, в моих силах исполнить твое желание. — В его голосе и взгляде сквозило сексуальное приглашение.

О боже! Она вовсе не это имела в виду!

— Вот уж никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

В ответ Зак усмехнулся.

— Похоже, игра уже началась. Не забывай, твоя сестра зорко следит, чтобы ты не сбежала, иначе она тебя попросту убьет.

Кэтрин рассмеялась, стараясь погасить нервное возбуждение от этого словесного пинг-понга.

— Ты думаешь, я в ловушке?

— Почему ты все-таки пришла?

— Чтобы доставить удовольствие Ливви. Это ее день рождения.

— Значит, у тебя жертвенная натура, а жертвенность уже сама по себе ловушка, Кэтрин. А как бы ты поступила, появись у тебя шанс сбежать?

— Интересный вопрос.

— Но ты на него не ответишь?

— Это испортило бы всю игру.

Зак явно наслаждался их флиртом, когда каждый взгляд и каждое слово наполнены особым смыслом.

— Полагаю, нам следует присоединиться к Ливви и Питу. Они ждут нас у подножия лестницы.

Они действительно стояли там, взирая на Кэтрин и Зака с самодовольным удовлетворением, и наверняка поздравляли друг друга с удачей.

Но у этого свидания не может быть продолжения, что бы ни случилось этой ночью, строго напомнила себе Кэтрин, идя рядом с мужчиной, который заставлял трепетать каждый ее нерв, тяжело биться сердце и рисовать в воображении картины, одну соблазнительнее другой.

Кэтрин взывала к собственным осторожности и благоразумию. Но в неравной борьбе с безрассудным желанием взять от Зака Фримена и этой ночи все, что можно, благоразумие проиграло.

На десерт она заказала три шарика разного мороженого и смаковала по очереди ложечку каждого. Зак нашел это настолько эротичным, что с трудом сдерживал сильнейшее возбуждение. Кэтрин Трент оказалась чертовски соблазнительной женщиной, и он больше ни о чем не мог думать, только о том, как, подобно первобытному человеку, утаскивает ее в ночь и обладает ею до тех пор, пока не утолит эту болезненную жажду.

Он заставил себя оторвать взгляд от ее рта и обратить его к морю, чтобы успокоиться. Их столик стоял на открытой веранде, опоясывающей ресторан, и Зак уже несколько раз за вечер прибегал к этому приему, чтобы притушить снедающее его желание. Испытывает ли Кэтрин такое же желание по отношению к нему? Рискнет ли она пойти до конца?

Но и сам Зак пребывал в сомнении. Он боялся, что, сблизившись с Кэтрин, захочет продолжить их отношения. Его лихорадило уже при одном взгляде на нее, а ему нужно вернуться в Лос-Анджелес с холодной головой. Это было самое неподходящее время встретиться с такой женщиной, как Кэтрин Трент. Все в ней казалось ему привлекательным: ход ее мыслей, манера излагать их, выражение лица, язык тела.

Она больше не была незнакомкой, хотя он намеренно воздерживался от разговоров на личные темы, поддерживая легкую застольную беседу. И все-таки Кэтрин Трент умудрилась проникнуть в его мозг и сердце намного глубже, чем какая-либо другая женщина в прошлом.

Оставь ее, взывал разум Зака. Как она сказала?.. Не знаешь, где найдешь, где потеряешь… Терять Зак не любил, но будет вынужден пожертвовать этой женщиной, потому что в Лос-Анджелесе ему предстоит обрести много больше.

— Как вы считаете, полнолуние действительно воздействует на людей?

Этой ночью в небе светила полная луна. На вопрос Кэтрин немедленно откликнулась Ливви, пребывавшая весь вечер в приподнятом и говорливом настроении.

— Безусловно! Ведь слово «лунатик» возникло не просто так.

— Полнолуние всегда ассоциировалось с сумасшествием и… влюбленностью, — высказал свое мнение Пит.

— Что тоже является своего рода сумасшествием, — сухо прокомментировал Зак, глядя на Кэтрин и надеясь, что она не вынашивает романтических идей на его счет.

— Мне кажется… — задумчиво улыбнулась Кэтрин, и Зак еле удержался, чтобы немедленно не поцеловать ее, — мы связаны с силами природы. Ветер вселяет в нас тревогу, яркое солнце вызывает улыбку, а лунный свет настраивает на… особый лад.

Что она хотела этим сказать? Хотела ли признаться, что помимо воли испытывает к нему влечение?

— То есть обостряет наши чувства? — спросила Ливви.

— Да, делает наши страсть и желание еще более неистовыми… — Похоже, Питу очень нравился этот разговор, и он был готов обсуждать с Ливви тему воздействия лунного света на поведение человека и дальше.