В одно из суденышек спустился и сам Один. Сторонний человек вряд ли мог отличить его от курсантов - он был одет в такую же, как они, невзрачнотемную форму без знаков различия. Разве что старше подавляющего большинства из них. Рядом с ним в лодку сел Кериан, хотя его логичнее было бы видеть среди боевиков ОСН. Но Один, казалось, нисколько не удивился присутствию рядом одного из самых сильных магов Организации, покосился на него с улыбкой и подбодрил вполголоса:

– Постараюсь не сбегать от тебя, телохранитель ты мой…

Курсанты гребли чем попало, отталкивались от дна шестами, но лодки на удивление быстро проскочили под мостом, перебрались через сравнительно узкий пролив, и первые ребята довольно скоро уже добрались до дверки, ведущей в замковые подвалы. Она выглядела весьма соблазнительно, и коекто из ребят даже примерился ломануться в нее, но Эйв, помнивший пояснения главы дружины, «где тут что», показал на каменную кладку стены. Ребята, цепляясь, полезли по ней. С трудом и ежеминутно срываясь.

– Отойдите.
– Кериан сдвинул курсантов с самого соблазнительного на его взгляд куска кладки и пустил в ход магию. Не без ее помощи взобрался, будто муха, почти по отвесной куртине и махнул рукой куратору: - Эйв, давай ты за мной. Я пособлю.

– Само собой. Уж пособи…

Помогая друг другу, курсанты взобрались по стене.

В замке шел бой. К главным воротам и на куртину, собственно, оэсэновцы добрались практически одновременно, но в первую очередь потому, что сражающимся некогда было уделять им внимание. Дрались всюду - и в закутках дворов, и на стенах, и даже, кажется, на башне. Девушки, мало на что способные в бою, жались по углам, но и им иногда доставалось. Тогда, уворачиваясь от заклинаний или дерущихся на оружии мужиков, они отбегали в сторонку, попадали комуто под ноги, получали синяки и большие порции ругани.

– Очистить двор и проход на стену!
– приказал Шреддер и поневоле покосился на Одина.

– Ты на меня не смотри, - бросил глава ОСН.
– Меня тут нет. Я просто наблюдатель, - и умело окружил себя довольно мощной магической защитой.
– Если решу давать приказы, отдам их.

Основной особенностью сильной защиты было то, что она затрудняла атаку и становилась более или менее осмысленной лишь в том случае, если защищается действительно сильный маг, способный предусмотреть все неожиданности. И именно теперь, когда рядом с ним стоял очень хороший чародей, готовый к атаке, подобное сочетание делало Одина практически неуязвимым.

– Я б на твоем месте первым делом занимал донжон, - высказался Кериан, не забывая следить по сторонам.
– Оттуда очень удобно следить за тем, что происходит в замке, а нашим только этого и надо.

– Сначала внутренний двор и проход на стену, - хмуро ответил курсантский куратор.
– Потом донжон. И не лезь, пожалуйста.

К счастью, отличить реконструкторов от адептов Круга оказалось несложно. Видимо, в замок последние пробились всетаки не сразу, потому что подавляющее большинство парней из отряда были в кольчугах, по всем правилам надетых на подкольчужник. Еще полгода назад ОСН передала дружине идеи и подробно расписанные способы воплощения некоторых очень важных заклинаний, в том числе заклинаний, защищающих от пули. Теперь во всем замке трудно было отыскать кольчугу, не обладающую возможностями хорошего кевларового жилета - разве что только недоплетенную.

Зачаровывали и шлемы, но пользоваться ими было не так удобно, они уменьшали обзор и сковывали движения чуть больше, чем плотно облегающая тело кольчуга. К тому же зачарованный наголовник защищал от пуль никак не хуже, чем цельный шлем. Но последний зато способен был предохранить от меча, а ими нынче пользовались все чаще. Поэтому добрая половина реконструкторов были в шлемах, ну и остальные предметы русской военной справы имелась почти при каждом.

Они, как когдато и как на каждом ежегодном фестивале, проводившемся в выборгском замке до прихода «магической неразберихи», сцепились с противником в большом дворе, именно там, где проводился бугурт. Только на этот раз дрались не до эмпирического численного перевеса, не до победы одной из команд в игре, а, понятное дело, всерьез и без шуток. И не так зрелищно, как во время фестиваля. И с применением магии…

Варлоку в первый же момент пришлось пустить в ход довольно сильную магию. Еще в воротах замка обнаружилось, что вокруг немало «своих», то бишь тех, кого ни в коем случае не следует задеть своими чарами, - и это помимо прикрывавших чародея боевиков - однако вал заклятий, покатившийся на них из ворот, был просто чудовищным. Уже потом, анализируя ситуацию, маг понял - в них просто разом швырнули очень много заклятий. Они могли ослабить друг друга, но, видимо, существовала какаято комбинация, взаимоусиливающая каждое отдельное заклятие.

В воздухе мгновенно пахнуло холодом, и камни замка в один миг покрыл густой слой инея - комбинация чар отнимала энергию у окружающего мира. И здесь уже не приходилось думать о всеобщей безопасности - Варлок выставил щит, подпитав его еще и от артефакта. И, сообразив, что происходит, мгновенно отреагировали те трое боевиковмагов, что находились поближе и соображали быстрее.

Столкновение заклинаний с совокупной защитой оказалось сродни разрыву небольшой гранаты - сражающихся расшвыряло в стороны, Варлок едва успел защититься еще и от собственной «взорвавшейся» защиты, еще двое его помощником, по кому пришлась самая слабая отдача, повалились на землю, оглушенные, а третий отлетел на камни, уже не дыша. Воинов Круга, «угостивших» оэсэновцев серией заклятий, будто груду листьев сильным порывом ветра, буквально вбило в глубину крепости, и ктото полетел с замковой стены на булыжную мостовую с испуганным воплем, а когото смахнуло с дальней стены в ров вместе с противником.