По-прежнему партизанские патрули задерживали и доставляли к Мурзину пробиравшихся на восток советских военнопленных, которым удавалось бежать из гитлеровских лагерей смерти. Так попали в отряд имени Яна Жижки защитник Севастополя – черноморский моряк Михаил Журавлев, балтиец Николай Перкусов и другие. Среди них были летчики и пехотинцы, танкисты и артиллеристы – словом, те, чей путь на Родину пролегал через окрестности села Штавник.

Люди были истощены до предела, жалкие лохмотья едва прикрывали наготу, но они жаждали одного: возможности немедленно вступить в борьбу с гитлеризмом. Мурзин по их бесхитростным рассказам уже представлял себе все ужасы плена. К слышанным ранее жутким историям прибавлялись новые свидетельства гитлеровских зверств.

И с еще большим ожесточением громили партизаны немецкие обозы, совершали диверсии на железных дорогах, взрывали склады с продовольствием и боеприпасами. К середине октября в отряде уже насчитывалось более трехсот человек. Чтобы раздобыть оружие, Ушияк и Мурзин разработали и провели крупную операцию.

Ночью отряд внезапно ворвался в небольшой городок Поважские Быстрицы, окружил военный завод. Перебив немецкую охрану, партизаны захватили много автоматов, винтовок и большое количество толовых шашек. Ящики с патронами и тол погрузили на две грузовые автомашины и увезли в лагерь. В родной лес возвращались увешанные новенькими автоматами.

Вскоре с Большой земли напомнили о необходимости перехода в Моравию. На совещании командиров, которое собрал Ян Ушияк, разгорелись жаркие споры. Ушияк и Грековский предлагали идти в Моравию всем отрядом сразу. Мурзин же рекомендовал направить поначалу небольшую маневренную группу, которая скрытно доберется до горы Княгиня и обеспечит там партизанскую базу, куда без особого риска переберется и остальная часть отряда. Такого же мнения придерживался и Степанов. В последних боях он отличился храбростью, умело руководил действием своей группы, и теперь Ушияк и Мурзин прислушивались к его советам.

В самый разгар спора в хижину лесника, в которой до сих пор располагался штаб отряда, вошел караульный и доложил, что командира спрашивает какой-то человек.

– Веди сюда! – разрешил Ушияк.

Через минуту в небольшую комнату, где совещались партизанские командиры, шагнул высокий, широкоплечий мужчина лет тридцати восьми. Сняв светло-зеленую шляпу с маленькими полями, он приветливо поклонился.

– Судруг Ташиновский! Я ждал тебя еще утром! – воскликнул Ушияк, поднимаясь навстречу,

– Да. Я сам думал, что доберусь к тебе раньше. Но и теперь еще не так поздно.

– Знакомьтесь. Это Гаша Ташиновский, учитель из села Средняя Бычва, – представил Ушияк пришельца, пожимая ему руку. – Я вам о нем рассказывал. Он руководит самой сильной в Валашском крае подпольной коммунистической организацией.

По лицу Ташиновского скользнула застенчивая улыбка. Он молча поздоровался за руку с каждым из присутствующих.

– Садись, Гаша, – предложил Ушияк. – Рассказывай, что у вас нового.

Ташиновский не торопясь расстегнул пальто, присел на скамейку, заговорил тихим, глуховатым голосом:

– Твое задание, Ян, мы выполнили. С тех пор как встретил тебя на границе, создали боевую группу. Четырнадцать парней готовы идти в твой отряд. Оружие для них мы раздобыли. Хотел привести их с собой, но вспомнил твои слова, что ваш отряд скоро придет к нам в Моравию. Вот и подумал: зачем ребятам туда и обратно ходить? Пусть лучше они вас на нашей земле дождутся. – Он вопросительно оглядел окружающих.

– Может, и так, – согласился Ушияк. – Мы сейчас этот вопрос решаем. Я хочу весь отряд через границу вести. А они, – Ушияк кивнул на Мурзина и Степанова, – предлагают сначала небольшой группой отправиться. Человек тридцать – сорок хотят с собой взять, чтобы организовать партизанскую базу. А потом уж и остальным туда перебраться. Как думаешь, чей план лучше?

Ташиновский ответил не сразу. Он долго вертел в руках свою шляпу, потом, отложив ее в сторону, сказал:

– Они правильно говорят. Немцев на нашей земле сейчас много. В открытом бою они вас уничтожат. Надо идти маленькими группами, незаметно перейти границу, а дальше в наших Бескидах есть где укрыться. Если согласитесь, я сам проведу первую группу глухими тропами. Там только дикие горные козы встретиться могут.

– Хорошо! Пусть будет, как ты говоришь, – согласился Ушияк.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что Ташиновский в прошлом охотник и прекрасно знает леса Валашского края. Узнав, что партизаны намечают создать свою базу на горе Княгиня, он беспрекословно одобрил этот выбор. Потом объяснил Мурзину, где будет поджидать партизан после перехода границы.