– Так ведь особо и не искали, – напомнил Виктор. – Объект найден, что еще колупаться-то?

– А как насчет анализатора?

– Фильм «Гаттака» видел?

– Нет.

– Там практически наш случай – игра с генетическим материалом, с помощью которого одного человека выдавали за другого.

Двери лифта открылись и все толпой повалили на выход.

– Думаешь, это не он?

– Да.

Лейтенант кивнул головой, показав, что согласен с выводами старшины.

Все снова поднялись на крышу.

– Кто это? – напряженно спросил Роман, показывая на движущуюся колонну машин, приближающуюся к резиденции эмира.

Машины хорошо было видно при взошедшей белой луне, третьей по счету, что означало скорое наступление утра.

– Это наши, – посмотрев в бинокль, ответил Закир.

Федаинцы по веревочным тросам стали спускаться вниз. Не наблюдая поблизости противников, Закир приказал отрубить голову Хусейну, что быстренько и сделали.

– Чего вы ждете? – спросил он. – Нужно спешить, скоро тут будут имперцы.

Солдаты стояли в полной боевой готовности, готовые в любой момент открыть стрельбу по союзникам, если те вдруг захотят силой забрать их с собой для каких-то своих целей.

– Мы не станем далее злоупотреблять вашим гостеприимством, – ответил Камышов, расставляя на крыше небольшой передатчик и распрямляя сеточную антенну направленного действия сигнала.

Передатчик пошевелил «тарелкой», ведя поиск цели, а когда нашел, призывно замигал лампочкой, показывая, что можно начинать передачу.

– За нами скоро придут, – пояснил Роман и нажал на кнопочку. Зашифрованный сигнал с координатами тут же ушел в космос по направлению к «Астре».

– Как знаете, – пожал плечами Закир и заскользил по веревке вниз с головой эмира Шалима Аль Хусейна в мешке на поясе. Или, как полагал Камышов – его двойника.

– Ты не рано их позвал? – спросил Виктор Фрейндлих.

– Нет. У нас больше нет союзников, и если здесь нет настоящего Хусейна, мы его уже не найдем.

– Понятно.

– Тогда возвращаемся в бункер. У нас на всё про всё три часа.

Лифт быстро спустил солдат обратно на полукилометровую глубину в бункер.

– Обшарьте каждый закоулок, – приказал лейтенант Камышов. – Простучите каждую панель. Мы должны его найти, и будьте предельно внимательны, как на минном поле, не мне вам объяснять про ловушки. Начинаем.

Солдаты быстро разбили бункер на секторы и стали его обследовать. Простукивалось все: стены, полы и даже потолки. Солдаты нажимали на кнопочки, пытались сдвинуть шкафы, разбрасывали книги, искали потайные панели.

Однажды такую панель нашли, но взору открылся обычный сейф, его на всякий случай вскрыли резаком, но, как и ожидалось, нашли лишь какие-то бумаги, диски и прочие ценности, не представлявшие для солдат никакого интереса. Им нужен был только эмир, собственной персоной.

Поиски продолжались. Прошло уже два часа, а Хусейн так и не нашелся. Зарождались вполне естественные подозрения, что тот обезглавленный человек и есть Хусейн, но легкость, с которой его нашли, подавляла эти подозрения.

– Если мы его не найдем в течение часа, придется улетать ни с чем, – озвучил и без того всем понятную истину старшина.

– Знаю, – раздраженно ответил Роман, сдергивая с пола тяжелый ковер.

Гранитные плиты на полу ничем не отличались друг от друга, ни сколов, ни царапин, подогнанные друг к другу так, что и лезвие безопасной бритвы в швы между ними просунуть невозможно.

Роман стал простукивать их без особой надежды на успех. Глухие удары ничем не отличались друг от друга.

– Стоп! – буквально выкрикнул один из солдат, проходивший мимо.

Роман так и замер, будто наступив на мину, ожидая, что она вот-вот рванет.

– В чем дело, Глеб?

– Постучите по той плитке, по которой вы раньше били, и по соседней.

Роман послушно ударил.

– И что? – удивился Камышов, он никаких различий не заметил.

– Эта звонче, – уверенно сказал солдат. – Можете мне поверить, у меня абсолютный музыкальный слух, в детстве я даже в музыкальную школу ходил.