Шрифт:
«В.С.! Мне очень жаль, что я Вам передаю дела, не упорядочив их предварительно, но у меня заболел брат, и я бросила все вверх тормашками...
Если хотите, чтобы я разобралась в загоне, который завтра тиснут весь, пришлите мне его сюда, я верну скоро. Могу и в рукописях здесь разобраться. Пока до свидания. Привет всем.
М.Ульянова».
Она обращается к В.С.Попову-Дубовскому, заместителю ответственного секретаря «Правды», с просьбой предоставить ей отпуск «ввиду особо важных причин». Причина всем ясна — тяжелая болезнь брата.
Сохранилось постановление редакционной коллегии «Правды»:
«Об отпуске М.И.Ульяновой.
Предоставить Марии Ильиничне отпуск с 1 сентября 1923 года ввиду особо важных причин.
Просить ее, насколько она найдет возможным, помогать «Правде» советами, особенно рабочему отделу» 89 .
И хотя Мария Ильинична понимала, что Владимир Ильич смертельно болен, она и виду не показывала. Держалась ровно и спокойно, была очень внимательна и нежна с Надеждой Константиновной, старалась каждую свободную минуту побыть рядом с братом.
89
ЦПА ИМЛ, ф. 14, оп. 1, ед. хр. 45, л. 1.
Осенью в здоровье Владимира Ильича наблюдалось некоторое улучшение, он начал понемногу ходить. И вот неожиданно для всех 18 октября в полдень, «как там врачи ни упорствовали, но в Москву мы все-таки выбрались», — вспоминала Мария Ильинична: Мария Ильинична была рядом с Владимиром Ильичем. В тот день они остались ночевать в кремлевской квартире, а на другое утро, прежде чем вернуться в Горки, на машине проехали по территории первой сельскохозяйственной выставки РСФСР. Мария Ильинична вспоминала, что настроение Владимира Ильича в часы посещения выставки было оживленное, радостное. И после возвращения Владимира Ильича в Горки врачи констатировали временное улучшение в его здоровье.
После осмотра выставки Владимир Ильич попросил Гиля проехать по главным площадям и улицам столицы. Мария Ильинична понимала брата — он прощался с Москвой.
Поздно вечером Ульяновы вернулись в Горки. Владимир Ильич был заметно расстроен.
Осенью 1923 года Мария Ильинична стала появляться в редакции, помогала решать ряд неотложных вопросов и, забирая кучу рукописей с собой в Горки, говорила: «Пришлю утром, ведь какая длинная ночь впереди». Утром на столе главного редактора лежали правленые рукописи...
Однажды она присутствовала на очередном собрании рабкоров, как вдруг в комнату вбежала напуганная секретарша: «Мария Ильинична, вас срочно просят к телефону из Горок».
«Мы видели, как сразу переменилось ее лицо, — вспоминал А.Зуев. — А через минуту услышали ее болезненный вскрик из соседней комнаты. Она тут же вернулась, торопливо одеваясь на ходу. Всегда живые ее глаза померкли, лицо стало бескровным, губы дрожали.
— Вы уж тут без меня...
И, не договорив, схватила свой портфель и выбежала.
На другой день мы узнали, что в здоровье Ленина наступило резкое ухудшение».
Настроение было тревожным. Мария Ильинична в редакции почти не появлялась. Срочные материалы ей пересылали в Горки. По вечерам она звонила и приглушенным, каким-то угасшим голосом спрашивала: «Ну как вы там? Что нового?» И никогда не жаловалась. Правда, она совсем не могла спать. Ночами, накинув на плечи теплый платок, тихонько ходила по затемненным комнатам горкинского дома, подолгу стояла у дверей комнаты Владимира Ильича. Иногда она забывалась тяжелым коротким сном.
Однажды — это было в начале января — Мария Ильинична простудилась и затемпературила, лежала и все думала об Ильиче.
«...По случаю температуры видела сон: будто Ильич стал говорить, — пишет она Шушанике Никитичне Манучарьянц, — эх, как бы сон был в руку!» 90
Близкие и товарищи поражались ее стойкости, силе ее воли, присутствию духа. Эти качества она, несомненно, унаследовала от матери. Так же, как и Мария Александровна, она умела быть твердой и спокойной в труднейшие минуты жизни.
90
ЦПА ИМЛ, ф. 14, оп. 1, ед. хр. 336, л. 3.
Иногда ей казалось, что Владимиру Ильичу лучше, что он поправляется. Вот и сегодня, 20 января утром, когда принесли почту и там оказался большой альбом с фотографиями и брошюра — подарок Ильичу от бывших красноармейцев Таманской армии, Владимир Ильич внимательно перелистал альбом, просмотрел брошюру и попросил Марию Ильиничну ответить. И Мария Ильинична тотчас ответила письмом.
«Дорогие товарищи!
По поручению Владимира Ильича шлю Вам горячее спасибо за альбом и теплые пожелания.
Альбом он просмотрел с большим удовольствием. Сожалея, что представители славных таманцев не могли быть лично приняты Владимиром Ильичем, выражаю надежду, что в недалеком времени здоровье его настолько поправится, что он сможет сам поблагодарить и поприветствовать.
С горячим приветом М.Ульянова» 91 .
91
ЦПА ИМЛ, ф. 14, оп. 1, ед. хр. 221, л. 14.