Другое дело, что лучи, гладившие его по бокам, были лунными. Солнце в мае заходит поздно, а павильон закрылся несколько часов назад. Полчища посетителей успели схлынуть, хмурые служители сновали туда-сюда, выносили мусор и готовились к завтрашнему нашествию.

Они пропустили открытие Всемирной Выставки.

К чести ее будет сказано, мисс Грин не закатила истерику. Более того, улыбнулась своему спутнику и хотела утешить его, как вдруг раздался резкий голос.

— Поздравляю вас, Марсден — мы приехали к шапочному разбору! Вот какие впечатления останутся у меня от Выставки.

От неожиданности Фанни вцепился в девушку и сам едва не завопил. Но сомнений не оставалось — за его спиной стояли милорд и миледи. Оба выглядели один-в-один как в ту ночь. На нем фрак и цилиндр, на ней платье из бирюзовой тафты, с кринолином больше, чем Царь-колокол.

И оба очень злые.

— Вы не говорили, что они тоже тут будут! — пискнула Маванви, прижимаясь к нему.

Миледи уже успела нагнать на нее страху, при том, что в последнее время вампирша выглядела как лунатик, который балансирует на бельевой веревке. Настоящую леди Маргарет Маванви еще не встречала. До этого момента.

— Сам не знаю, как так получилось… хотя постойте! Как только мы прибыли на Выставку, меня сразу отослали в павильон, разведать, что да как. Они же остались здесь. Но раз я выпил кровь его сиятельства, то, получается, мы оказались в его воспоминаниях! Ух ты ж!

— Выходит, мы подслушиваем чужую память? — смутилась Маванви.

— Ага.

— Наверное, это очень дурной поступок.

— Безо всяких сомнений.

Фанни прислонился к дереву и поерзал по нему лопатками, устраиваясь поудобнее.

— Тоже мне, повод для скандала, — между тем процедил лорд Марсден. — Экспонаты никуда не делись, проходите да разглядывайте на здоровье.

Леди Маргарет закатила глаза.

— Ах, вы ведь прекрасно знаете, что особы нашего круга приезжают на Выставку не глазеть на машину для склеивания конвертов.

— Зачем тогда? Туриста схарчить?

— Для этого тоже, но в первую очередьчтобы провести время с другими особами нашего круга. Со сливками английского общества! Почему бы устроителям не придержать закрытие до полуночи? Права немертвых бесцеремонно попирают. Неужели вы ничего не предпримите?

Хрипло рыча, Мастер прошелся по лужайке, затем резко, одни броском, подскочил к жене. Другая на ее месте завизжала бы и бросилась наутек, но леди Маргарет и бровью не повела. Лишь улыбнулась сладко, демонстрируя, что у нее тоже есть клыки.

— Как насчет паранджи? В ней вы сможете приходить на выставку днем, не опасаясь солнца.

— Сначала паранджу на меня натяните, а дальше что? Будете бить палкой по ступням ног, как одалисок в гаремах? Вы животное, Марсден, — сделала вывод леди Маргарет.

— А вы, миледи, когти-то втяните. А то перчаток на вас не напасешься.

— Я вас ненавижу.

— Взаимно, миледи, взаимно.

Окатив его презрительным взглядом, женщина сложила руки на груди и отвернулась, так мотнув головой, что с нее чуть не слетел бархатный чепчик. Но шпильки выпали, и золотистая прядь волос заструилась по ее спине. Не замечая беспорядка, леди Маргарет стояла, отвернувшись, и ее лица Фанни с Маванви разглядеть не могли.

Зато они увидели, как смягчился оскал Мастера, на миг превратившись в улыбку как будто растерянную. Он вытянул руку и дотронулся до волос жены, стараясь ее не потревожить. К несчастью, он был из тех мужчин, что не умеют пользоваться кончиками пальцев. Если что-то понравилось, хватают пятерней. От сильного толчка леди Маргарет подскочила. Супруги посмотрели друг на друга, словно одновременно сунули руку в чужой карман.

— Что вы делаете? — осведомилась миледи.

Лорд Марсден поспешно отдернул руку.

— Ваши волосы. Они как…

— Золото? — усмехнулась женщина, заталкивая выбившуюся прядь под чепчик. — Рада, что стала для вас хорошим капиталовложением.

— Нет! Как лучи солнца, когда вечером оно тонет в море и из последних сил цепляется ими за небосклон. Если прищуриться, то видно эти лучи, тонкие, и прозрачные, и как будто живые. Хочется их пощупать. Я не удержался. Просто не замечал прежде, что у вас волосы такие.

Миледи улыбнулась.

— Да вы поэт, сэр.

— Еще чего! — возмутился вампир. — На дух не переношу рифмачей. Бывало, как притащатся в чертоги, начнут на лютнях бренчать, аж тошно. Но я в них говяжьей костью завсегда попадал, — прихвастнул он.

Леди Маргарет вдруг хихикнула совсем по-девчоночьи и прикрыла рот рукой.

— Вот теперь эта беседа точно не для наших ушей, — забеспокоилась Маванви.

— Конечно, — согласился Фанни, — чем дальше, тем интереснее становится!