Опаньки. Измененные ушли. Отлично.

— Стой здесь и никуда не уходи. Я быстро.

Пушок понятливо кивнул и потерся своей головой о мой шлем. За прошедшее время он прекрасно усвоил такое понятие, как дисциплина. Да что говорить, Пушок даже позволял себя кормить другим людям, правда, в их число входили только Матвей, Дуняша и Яр. Но даже на эту картину раньше постоянно сбегались посмотреть любопытные. Так, к оружию: у меня еще имеются три атакующих и одно защитное плетения. Выше крыши, как любит говорить Колар. Я досконально знаю шестьдесят два плетения. Но применять их в погани мне совершенно не нужно. Главное — это надежность и быстрота. Весь магический поединок во встречном бою длится максимум секунд десять. Длительных не бывает. Хотя если маги одинаковой силы, одной школы и применяют одинаковую тактику — тогда да. А огнешар, водяные плети и шипы [70] великолепно подходят для боя в погани. Доспех Трона [71] — как защита на крайний случай. Но надеюсь, что она не понадобится. Я выпил эликсир кошачьего глаза. Думаю, что скоро он мне будет не нужен. Утех, кто его постоянно принимает, зрение постепенно становится восприимчивым к темноте. Так, а вот теперь это. Я запустил один хитрый амулет, позволяющий определять наличие тварей в погани. Он был основан на сканировании в пульсирующем режиме движущихся материальных объектов. Одна из маленьких тайн гильдии, являющаяся тайной для нее самой. Но Колар бил себя копытом в грудь, что через месяц он разберется в плетении и амулет можно будет сдать обратно на склад. Заодно гильдия получит пряник. Человечек, который изготовил пару десятков таких игрушек, имел неосторожность протянуть ноги в погани, причем секретом ни с кем не поделился. Наемником был — что с него взять.

Я скользнул в открытую дверь периферийного комплекса. Тенью пробежался до нужной кишки. [72] Есть, проход на месте, а ведет он на четвертый уровень — в один интересный закуток, где трое суток назад чуть не зажали команду охотников. Долг платежом красен. Ребятам будет приятно узнать о моей прогулке. Я вошел в кишку и, упираясь руками в стенки, стал спускаться вниз. Спуск много времени не занял, и через минуту я был на месте. Тишина. Нащупывая подошвой сапог пол, я осторожно продвигался вперед. Теперь осторожный взгляд за угол. Есть. Гнездо там, где и описывали ребята. В сером мареве строения отчетливо были видны шесть силуэтов. Рыцарь и пять воинов. Проверка амулета — больше никого. Можно работать. Огнешар прорезал затхлый воздух. Взрыв ударил по ушам. Десять шагов. Обломки костей с сухим треском падали на пол. Восемь шагов. Парочка воинов пытается шевелиться на полу. Шесть шагов. Уцелевший рыцарь прыгает на меня, сжимая в руках здоровенный фламберг. Уход вниз. Поворот. Клайд со всего размаху бьет рыцаря поперек туловища. Четыре шага. Воины встают. Два шага. Я отбиваю в сторону клинок, удар клайда разбрасывает кости по коридору. Нагнуться. Полоса стали вгрызается в стену. Удар плетью — и воин рассыпается на мелкие части. Я обернулся. Все. Изломанные кости рыцаря в коридоре даже не шевелятся. Троих накрыл огнешар, двоих — клайд, одного — плеть. Все заняло пяток секунд. Теперь быстро.

Я в темпе начал собирать железки скелетонов. Есть. Не скрываясь, я побежал к кишке. Забрался внутрь. Створка [73] . Пусть теперь те, кто услышал, как я хулиганил, попробуют меня найти. Упираясь руками и ногами в бугристые стенки кишки, я начал подниматься наверх. Первый уровень. Осмотрелся: никого нет. Им же лучше. Прогулочной походкой я неторопливо добрался до выхода. Успевший соскучиться Пушок, радостно шипя, подбежал ко мне. Приласкав животину, я привязал к седлу добытые мечи и залез на драка.

— Обратно. В Белгор.

Умное создание рысью направилось в город. Вот так всегда. Полгода подготовки, а сам выход занял пять минут. Из них на бой ушло секунд десять. И никаких эмоций и восторга. Ну спустился, ну вломил, теперь возвращаюсь. Обыденность. Все-таки здорово Матвей с Троном меня натаскали. Теперь приеду, сдам обзор — и я стану полноправным охотником. Вот это эмоции вызывает. Мне станет доступна библиотека гильдии. Слушая о кратком описании того, что там находится, я пускал слюни и сучил ногами от желания в нее забраться. Низзя. Было. Только охотникам был разрешен туда доступ. Остальные — извините и подвиньтесь. Все правильно. Не хрен всяким там шариться. А мне теперь можно. Думаю, что Гил, увидав меня теперешнего, сильно бы удивился. Непонятно что стало вполне нормальным человеком, Гил. Я грустно улыбнулся. Так с Натой у него ничего и не получилось. Помучившись месяц, Добряк проклял все на свете и удрал из Белгора. Правда, его странное прощание со мной наводило на мысли. Гил как будто был уверен, что мы с ним еще увидимся. Прижатый мною к стенке, он сделал честные глаза и клялся мамой, что мне показалось. Когда я его отпустил, Гил еще быстрее начал собирать свои вещи. Черт с ним. Если Гил прав, то увидимся. А Ната? Вон даже Пушок голову ко мне повернул. Прости, Ната, я не хотел.

— Все в порядке. Давай быстрее.

Драк перешел в галоп. Великолепное создание. Узда, крепящаяся к его симпатичным рожкам, нужна только для моего удобства. О наличии шпор даже смешно говорить. Хотя первое время смешно было не мне, а тем, кто видел меня на Пушке. Об освоении мною искусства верховой езды на драке можно написать роман. Его первая половина будет состоять из «уй», «яй», «ой» и матерщины, следующей в плотном порядке за этими возгласами. А вторая половина будет складываться из «цок-цок» копыт Пушка по мостовым Белгора. На заднем фоне — постоянная аранжировка в виде радостного ржания зрителей. Да, я почти стал местным средством развлечения номер раз. Одни ехидные комментарии Арна, что я могу сделать с луком, находясь на стене Белгора, чего стоили. Окружающие его стражники падали от смеха. Стрелы летели куда угодно, но не в тварей. Я мог только огрызаться и всех посылать к Матвею. К его безумному требованию освоить все воинское искусство гвардейца. Как ни странно, но о передаче мне Драконом своего мастерства так никто и не узнал. Все мои успехи в овладении оружием приписали Матвею и тем, что я наверняка раньше владел оружием, пока по какой-то причине не решил забыть об этом. Кстати, освоив лук, подаренный мне волчицами, я их потом долго благодарил. Артефактом оказался. Бессильным, правда. Но ничего. Колар тоже обещал с ним разобраться. Эти артефакты, сделанные до Смуты, поражали. Я понял мечту Колара и вместе с ним стал горевать о потерянных знаниях. Масштаб происходившей бойни я осознал только после того, как проф вскользь заметил, что сейчас, через тысячу лет, общее количество населения Арланда в несколько раз меньше, чем было до Смуты. Да, сказать тут просто нечего. Все сохранившиеся знания были крупицами того, что было раньше. Один артефакт Глава чего стоил. Ладно, разберемся со временем. А волчицам я устроил шикарный банкет. Благо и повод, и причина были. За два дня до этого я с двумя бывшими учениками Инса, которые недавно стали охотниками, немного погулял и пришел в себя в заведении мамы Жулы. Охотники были рядом, но у меня был один нюанс в виде волчиц. Торопливо собирая одежду, я выбрался из дома и был замечен совершенно случайно находившимися именно на этой улице Мори и Лирой. Деревня! Я был подвергнут остракизму и предупрежден, что если еще раз подобное повториться, то я смогу гораздо больше времени уделять тренировкам по причине отсутствия потребности в женском обществе. И тут применяют кастрацию! Мое возмущение и слова о свободе личности были проигнорированы. Как заявила Лира, если у меня будет интрижка — они совершенно не против, но подруги красного фонаря под это определение совершенно не подходят. А то, что не я заказывал и оплачивал услуги девок, ничего не меняет. Редкие прохожие ухохатывались при виде этой семейной сцены. Да, есть что вспомнить. За прошедшее время я все-таки приучил волчиц к осознанию того факта, что я не пуфик. А потом мы все равно помирились.

Я погладил шею мчащегося Пушка. Были видны уже стены города. Вот в чем преимущества драка. Отвезет, привезет, и беспокоиться за него во время отсутствия совершенно не надо. Мелочь он убьет с удовольствием, а от опасной твари будет отбегать, пока не появится хозяин, то есть я. Все отработано под стенами Белгора. Несколько раз там оказывались твари посерьезнее обычных вряков.

— Уже мелочи?

А то. И ты стал гораздо меньше мне надоедать. Все-таки «Я» — не шиза, как мне кажется. Есть мысли по этому поводу, но лучше я их оставлю при себе. Привык я к нему. А сейчас я приеду в закрытую корчму. Но уверен, что внутри она будет полна знакомых. Хотя какая это корчма — это охотничий клуб. Неформальный центр общения, куда ходят только свои и немногочисленные горожане. Проводят свободное время, обмениваются сплетнями и новостями. На Сатуме есть свой вариант магического телеграфа и даже газеты. Правда, довольно специфические. Раз в неделю через портал осуществляется рассылка подписчикам информационных кристаллов. Учитывая, что все газеты принадлежат официальным властям, найти там сплетни и жареную информацию невозможно. Факты, и только факты. Мне такой подход очень нравится. Да и информированность таких вариантов «Известий» на высоте. Через две недели после моего прибытия в Арланд в очередном кристалле «Королевского гонца», газеты его величества Орхета Пятого канцелярии, после многочисленных светских новостей в разделе «Происшествия» мелькнула одна любопытная информация: в королевстве Нарина совершено ужасное преступление. Злодейски был убит духовный лидер, святой человек, бескорыстный, преданный и так далее… отец Налем, ассистент [74] ордена Слуг Создателя. Убийство совершили члены темной ложи, которым деятельность новоявленного святого была совсем не по вкусу. Расследование, проведенное по горячим следам, позволило вскрыть гнойник на теле Арланда, притаившийся под самым носом у доверчивого отца Налема. Арестованы десятки слуг Падшего, на нескольких успевших скрыться выписаны розыскные листы, и все верные слуги церкви должны при обнаружении свистнуть. В числе скрывшихся был и один заочно знакомый герцог. Мы с Матвеем тогда переглянулись, но по молчаливому соглашению этой темы больше не касались. Правильно. Это заботы церковников. Однако отец Эстор сработал оперативно.

— Влад, — окликнул меня стражник с башни, — подожди.

— Куда я денусь. В погань уйду?

Стражник хмыкнул и скрылся. Я сегодня рановато. Хион еще не взошел. Придется поскучать в гордом одиночестве. Почти все охотники — в погани. Первая ночь после вздоха: как такое время можно пропускать? Уже завтра к вечеру Белгор будет полон приезжих, и начнутся очередные каникулы. А у Керина появится работа — уже две недели он сидит на голодном пайке. Все железо, бывшее у него, он сжег в кузнице, а нового взять негде. Рядом с Белгором нет железных руд, а немногочисленные караваны и подавно железо не привозят. Новатор чересчур увлекся булатом [75] , когда увидел два месяца назад мой нож в деле. Я им тогда пробил череп вряка за воротами. Керин, наблюдая за моей тренировкой со стены, впечатлился. Дело было утром, делать ему было совершенно нечего, а тут такой подарок судьбы.

На Арланде не знали или давно забыли про булатную сталь. Действительно, а кому до Смуты она была нужна? Металлургия была хорошо развита, а учитывая, что легирующие добавки и методы их получения не были тогда для гномов секретом, так вообще. Зачем пытаться делать абсолютно нетехнологичную сталь, затрачивая массу времени и усилий, когда легированная [76] сталь может быть почти такой же? Просто булат был лидером по совокупности свойств, а не по уникальности какого-то одного. Именно сочетание твердости, вязкости, ковкости, прочности, гибкости и так далее делало его уникальным. Хотя и на Земле по булату были вопросы. Изобрести его практически невозможно. Нужно знать, что и зачем, и то очень трудно получить. Так, отвлекся. Меня это тоже заинтересовало. То, что металлургия была развита… Так ключевое слово — была. Сейчас ведь не то: многое потеряно. Осталась только передельная [77] сталь и смутные знания о лигатуре сплавов. Правда, гильдия горных мастеров, окопавшаяся в Срединных горах, что-то сохранила. Но учитывая, что это была закрытая организация из вредных гномов, куда не брали никого, кроме своих клановых, то… Пришлось провести краткий ликбез. Я просветил малолетку по аносовскому способу литья булата. Дамасская сталь использовалась вовсю, но эксклюзив лучше.