Факс был включен, на что указывала мигающая красная лампочка приема информации, а в специальном поддоне лежала пара листов тонкой бумаги.

Марти не успел еще подойти к нему, как заметил разбитый экран компьютера и торчащие из корпуса осколки стекла. Посередине зияла большая черная дыра. Он отодвинул кресло и в немом удивлении уставился на компьютер.

Клавишная панель была сплошь усыпана зазубренными осколками.

Желудок скрутило, и он почувствовал тошноту и головокружение. Неужели и это сделал он? В приступе амнезии? Поднял с полу какой-нибудь тупой предмет и запустил его в экран, разбив его вдребезги? Его жизнь разрушалась на глазах подобно уничтоженному монитору компьютера.

Вдруг на клавиатуре он заметил еще кое-что, кроме осколков. В тусклом свете ламп он принял это за капли растаявшего шоколада.

Хмурясь, Марти потрогал пятно кончиком указательного пальца. Оно все еще было немного липким и запачкало палец.

Он приблизил палец к лампе. Липкое вещество на кончике его пальца было темно-красного цвета. Это не шоколад.

Он поднял палец к носу и понюхал его. Запах был слабым, едва уловимым, но он сразу распознал его. Это была кровь.

Тот, кто разбил монитор, должен был пораниться.

А руки Марти были целы и невредимы.

Он стоял как вкопанный, только по спине пробегали мурашки и затылок покрылся гусиной кожей.

Думая, что кто-то вошел в комнату и стоит позади него, он медленно развернулся. Сзади никого не было.

По крыше колотил дождь, и вода, булькая, неслась по водосточной трубе, находящейся неподалеку.

Сверкала молния, и ее блестящие стрелы были видны через зазоры ставен. Оконные стекла дрожали от раскатов грома.

Он прислушался к тишине, царящей в доме.

Единственным звуком был шум грозы. И учащенные удары его сердца.

Он сделал шаг к ящикам по правую сторону стола и открыл один из них. Сегодня утром он положил туда, поверх каких-то бумаг, пистолет "смит-уэссон". Он не ожидал найти его на месте, но опять ошибся. Даже при свете настольной лампы он мог различить его мрачный блеск.

– Верни мне мою жизнь. – Голос заставил Марта вздрогнуть, но это был пустяк в сравнении с тем, что он увидел. Отведя глаза от пистолета, он посмотрел вверх, увидел говорящего и застыл в параличе. Человек был похож на него как две капли воды. Он стоял в дверном проеме. На нем были джинсы и фланелевая рубашка Марти, которые были ему впору, что неудивительно: ведь он был точной копией Марти. Если бы не одежда, Марти бы мог принять его за свое отражение в зеркале. – Мне нужна моя жизнь, – тихо повторил человек.

У Марти не было брата-близнеца. У него вообще не было брата. И тем не менее, только близнец мог быть так похож на него во всем. Те же черты лица, тот же рост, вес, телосложение.

– Почему ты украл мою жизнь? – спросил незваный гость с неподдельным любопытством. Он говорил спокойным ровным голосом, так, будто заданный им вопрос был абсолютно нормальным, будто украсть чью-то жизнь было действительно возможно.

Когда до Марти дошло, что самозванец и говорит его голосом, он закрыл глаза и попытался отречься от только что увиденного. Он рассуждал так: допустим, у него галлюцинации, и он в беспамятстве занимается чревовещанием. Ничего удивительного. Сначала амнезия, потом жуткий сон, затем приступ страха и, наконец, галлюцинации. Но когда он открыл глаза, его второе "я" стояло на том же месте, не собираясь уходить. Эдакая навязчивая иллюзия. Обман зрения.

– Кто ты? – поинтересовался двойник. Марти не мог говорить. В горле стоял ком, а сильные и частые удары сердца едва не душили его. Была еще одна причина его молчания: он не смел говорить, так как это означало бы порвать последнюю тонкую нить, связывавшую его с нормальным сознанием, и погрузиться в полное беспамятство и безумие.

Призрак несколько изменил смысл вопроса, спросив Марти:

– Чем ты занимаешься? – В его голосе все еще звучало удивление и какая-то зачарованность, но одновременно в нем звучали и угрожающие нотки.

Сделав шаг вперед, двойник вошел в комнату. Когда он двигался, свет и тени, отбрасываемые им, были такими же, как и те, которые сопровождают любой трехмерный предмет. Ничего сверхъестественного. Он казался вполне настоящим и земным.

В правой руке двойника, на уровне бедра, Марти заметил пистолет, который тот держал дулом вниз.

Двойник сделал еще один шаг вперед и остановился в двух с небольшим метрах от письменного стола. С застывшей на лице полуулыбкой, которая раздражала больше любого сердитого взгляда, он произнес:

– Как это случилось? Что теперь делать? Мы что, сольемся, перейдем один в другого, как в этих безумных научно-популярных фильмах?..

Ужас обострил чувства Марти. Он, как сквозь увеличительное стекло, видел каждую черточку, каждую линию, каждую пору на лице двойника. Но он никак не мог рассмотреть марку его пистолета.

– …может, мне убить тебя и занять твое место? – продолжал незнакомец. – А если я убью тебя…

Если это галлюцинация и человек с пистолетом не кто иной, как он сам, ему должно быть знакомо оружие.