— Ничего страшного. Я всегда рада новым знакомствам.

От того холода, что был тогда, не осталось и следа. Теперь перед Ликой стояло теплое, не в меру улыбчивое создание, прямо таки светящееся оптимизмом.

— Извините, но нам нужно идти, — жених, видя, что Арису настроена на длительную беседу, увел её от них.

— Ты видела, какая красавица? — Вит провожал глазами пару. — Повезло же парню.

— Ты хоть бы глаза разул, — фыркнула девушка. — Или у тебя память, когда юбку видишь, не срабатывает.

— Ты о чем? — парень по-совиному захлопал глазами.

— О том же самом, — выдохнула Лика. — Тебе она никого не напоминает?

— Ну… если ты обиделась на то, что она красивая, то ты тоже ничего. А если честно мне она никого не напоминает. Да и кого должна? Она жила и выросла в Японии.

— Это Алиса, болван! Думаешь, почему я искала одноклассницу в том ресторане.

— Дурочка! — усмехнулся парень. — Алиса была серой мышкой и умерла почти три месяца назад. Деточка, не путай мягкое со сладким.

— Сам дурак, — высказалась взбешенная Лика. — И я тебе докажу это.

Как доказывать свою правоту она даже понятия не имела, однако упертости ей было не занимать. Остаток вечера прошел гладко, пару раз на сцене выступила вся группа "ВВ", а в самом конце, под нежную мелодию невеста спела свою первую песню. Грустные стихи о потерянной любви в исполнении Арису были чем-то большим, чем просто рифмованными словами, она пела, переживая вместе с главной героиней, страдая, волнуясь, плача вместе с ней.

— In the ado of days

We lost one another

I would to pray

So we jointed The Mother

Последнее слово юная певица выдохнула еле слышно в микрофон, и зал взорвался аплодисментами. На сцену вышел Накамура, обнял смущенную невесту и во всеуслышание объявил, что с этой песней они вместе поедут в Москву. Именно в столице России состоится дебют певицы Арису.

Через две недели. Три часа до отлета.

— Так непривычно вновь возвращаться туда, куда я сбежала, — я погладила Мори по щеке, — мне будет все напоминать о побеге. О том, как ты страдал из-за меня. Я очень не хочу туда возвращаться, но…

— Глупыш, — Мори сжал мою ладонь, — если не хочешь можешь не ехать.

— Но я не могу оставить тебя одного, ты же прекрасно помнишь, что было в Осаке. Притом я хочу выступить с тобой в Москве. Лучше с тобой в Москве, чем здесь без тебя.

— Ну-ка соберись, нечего плакать, — Мамору вытер выступившие слезы. — Тебе не идет, когда ты вот такая, сопливая и красная.

— Утешил, — всхлипнула я, но уже улыбаясь.

— А что ты хотела? — Мори неожиданно опрокинул меня на кровать, прижав руки за головой к матрасу. В карих глазах затаился смех.

— Ну, что-нибудь такое, — я пожевала губу, — необычное.

— Необычное? — Мамору перекатился, так что в итоге я уселась на него, но мужчина все рано держал мои руки у него на груди. — Хм, иногда ты просишь такое, что совершенно не приходит мне в голову. Хотя…

Жених осторожно снял меня с себя и усадил напротив.

— Скажи мне, какую бы ты хотела свадьбу? Может такую, чтобы писали все таблоиды или маленькую и скромную, чтобы были одни родственники? Какую ты хочешь?

— Я? — я задумалась. — Наверное, ту, какую хочешь ты.

— Тогда ты не будешь возражать, если я все организую по своему вкусу?

— Нет, родной, — я убрала свесившие пряди ему за ухо и погладила по щеке.