– Почему вы сохранили свадебный наряд? – спросил Паркер. В темных глазах появилась озадаченность, а голос стал теплым.

Бейли отвернулась. Не нужна ей ни его жалость, ни сочувствие, твердила она себе. Но почему же, почему так одиноко и холодно на душе?

– Бейли?

– Оно очень красивое…

Кружева поверх роскошного белого шелка. Отделка жемчугом по всей длине рукавов. Слегка сужающийся лиф; богато украшенная пышная юбка. Любая женщина хотя бы один раз в жизни мечтает надеть такое.

Разумней было оставить наряд у родителей, но Бейли тщательно упаковала его и привезла в Сан-Франциско. И вот теперь Паркер спрашивает ее почему. Бейли и сама часто размышляла об этом. Возможно, поступок был обусловлен какой-то психологической причиной, чем-то скрытым в ее подсознании. Может, платье служило своеобразным напоминанием о том, что мужчинам нельзя доверять?..

– Вы… любили их? – спросил Паркер, так осторожно подбирая слова, будто снимал повязку с незажившей раны.

– Думала, что любила, – прошептала Бейли, упорно глядя в свою чашку. – Если говорить честно, я теперь уже не знаю…

– Расскажите мне о Поле.

– Пол, – как в трансе, повторила она. – Мы встретились в предпоследний год учебы в колледже… – Казалось, что с тех пор прошла целая жизнь, а минуло всего каких-нибудь несколько лет.

– И вы влюбились в него, – закончил за нее Паркер.

– Довольно быстро. Пол собирался изучать право. Он был ужасно способным, с прекрасным чувством юмора и очень самоуверенным; я могла слушать его часами. Пол точно знал, чего хотел и как достичь цели.

– Он хотел вас, – вставил Паркер.

– Сначала так и было. – Бейли замолчала. Только бы боль снова не сжала сердце, как случилось с ней когда-то! – Затем он познакомился с Валери. Не думаю, что он всерьез в нее влюбился, но… – Бейли знала, что Пол пытался сохранить их любовь, но в конце концов он выбрал Валери. – После этого я ушла из колледжа, – добавила она тихим дрожащим голосом. – Просто не могла постоянно видеть их вместе.

Сейчас ее поступок можно было расценить как трусливое бегство. Родители страшно огорчились, но она поступила в бизнес-колледж и через год получила специальность консультанта по юридическим вопросам.

– Мне следовало сразу понять, что Пол не герой. – Бейли подняла на Паркера глаза и слабо улыбнулась.

– Как это?

– По его поведению.

Паркер с минуту смотрел на нее, не моргая, как на ненормальную.

– Простите, не понял?

– Вы ведь предпочитаете чистое виски, не так ли?

– Да, – явно опешив, кивнул он. – Откуда вам это известно?

– Подстригаетесь вы в хорошей парикмахерской, а не самостоятельно.

Снова последовал кивок головой.

– Вы носите дорогие костюмы спокойного покроя и подбираете носки к туфлям.

– Все это верно, – согласился Паркер, но голос звучал неуверенно, как если бы он только что выслушал анекдот, так и не поняв, в чем заключается изюминка. – Но откуда вы все это знаете?

– А еще предпочитаете пить кофе из кружки, а не из чашки.

– Да…

По мере того как она продолжала, выражение его лица становилось все более озадаченным.

– Вы и есть герой, я вам уже говорила, помните? – Довольная тем, как точно она описала его привычки, Бейли позволила себе улыбнуться шире. – По крайней мере, общаясь с вами, я извлекла хороший урок: теперь-то уж я сумею разглядеть настоящего мужчину, если встречу такового на своем пути.

– Пол и Том не были настоящими мужчинами?

– Нет, и это обошлось мне очень дорого. – Бейли подогнула колени и уперлась в них подбородком, обхватив лодыжки руками. Только бы Паркеру не вздумалось ее утешать после всего сказанного. – Прежде, чем вы придете к неправильным выводам, я хочу, чтобы вы поняли: мне нужен герой только для романа «Навсегда твоя». Вы идеально подходите в качестве прототипа моего Майкла.

– Но вы против личной связи со мною.

– Именно так. – Теперь, когда все было расставлено по своим местам, Бейли испытала чувство огромного облегчения. Больше не будет нереальных надежд на будущее, напряжение должно навсегда исчезнуть. – Я пишу любовные романы, а вы идеальный тип героя. Наши отношения сугубо деловые. Впрочем, я благодарна вам за… дружбу, – вежливо добавила она.

В течение нескольких секунд Паркер обдумывал ее слова, после чего медленно покачал головой.

– Я мог бы принять ваше объяснение, если бы не одно обстоятельство.

– Да? – Бейли вопросительно подняла брови.

– Поцелуй.

Бейли резко отвела глаза в сторону; по спине пробежал холодок. «Нечестно! – хотелось крикнуть. – Несправедливо!» Вместо этого она тихо пробормотала:

– По-моему, тема поцелуя нами закрыта.

– Разве?

– Это было исследование, вот и все. Закончим на этом.