Карета с возницей остались на мостовой. Я бросил взгляд в зашторенное окно, чуть отодвинув рукою тяжелую занавесь. Мой кучер словно бы и не обращал никакого внимания на холод, а грыз себе каленые орешки.

Я велел принести себе горячий кофе и огляделся по сторонам. Графини Полянской в кофейне, конечно же, не было.

Мне стало немного тоскливо, то ли от того, что я все-таки надеялся на встречу с прекрасной женщиной, то ли от того, что рассчитывал завершить свое расследование к 30 ноября, одному из орденских праздников.

Кофе горчил на вкус и обжигал язык. Я выпил целых две чашки, расплатился с хозяином и собрался уже к выходу, как в дверях появилась графиня Лидия все в той же бархатной черной тальме с пелериной, подбитой мехом. В полумраке кофейни, в дрожащем свече свечей, отбрасывающим на стены причудливые темные тени, она показалась мне обворожительным белокурым призраком с русалочьими глазами. Какой же омут готовила мне мальтийская принцесса? Об этом я намеревался узнать в самом ближайшем будущем.

Графиня сделала шаг, и из-под тальмы показался край темно-красной масаки. Она медленно приближалась ко мне, и я не мог отвести от нее своего зачарованного взора. В уме у меня мелькнула безумная идея переманить ее на свою сторону, но я постарался избавиться от этой мысли, чтобы она не мешала мне в осуществлении намеченного.

Я встал из-за стола и выступил ей на встречу.

— Лидия Львовна, — приветствовал я ее. — От всего сердца рад вас видеть.

И это были не пустые слова, сердце мое и впрямь забилось радостно и взволнованно.

— Взаимно, — отвечала Лидия Львовна. — Я получила ваши цветы, — улыбнулась она пленительною улыбкою. — А стихи ваши просто восхитительны, — добавила она. — Но я не могу принять вашей любви, Яков Андреевич, я же предупреждала вас.

— А я и не требую взаимности, — ответил я в тон ей. — Сейчас так холодно, — я взял в свою ладонь ее маленькие пальчики в замшевой перчатке и подвел к уютному столику. — Вы продрогли. Я велю принести вам кофе.

— Благодарю, — снова улыбнулась Полянская.

И у меня закружилась голова то ли от кофейного аромата, то ли от томного взгляда русалочьих глаз.

— Меня продолжает мучить вопрос, — начал я осторожно. — Что такая женщина, как вы, может делать в подобном доме, где я застал вас вчера поздно вечером?

— Вы говорите, как ревнивый супруг, — усмехнулась графиня. — Я купила этот дом на прошлой неделе, — сказала она. — Иногда мне не достает уединения, — добавила Полянская.

Меня пьянил запах ее духов, и я умирал от желания прекратить эту невыносимую для меня игру. Вблизи этой женщины я забывал, что отринул от себя все соблазны во имя великой цели.

Я сделал вид, что поверил ее словам.

— Такие женщины, как вы, не созданы для уединения, — произнес я задумчиво.

— А для чего же они созданы? — усмехнулась графиня.

Я пошутил, пристально глядя ей в глаза:

— Для великих дел, графиня!

Она промолчала в ответ, словно бы собираясь с мыслями.

— Кто приходил к вам прошлой ночью? — спросил я ее. — Я видел вашего посетителя.

Лидия Львовна вздрогнула, по-моему, она не ожидала от меня такого вопроса.

— Я не знаю, — пожала она плечами. — Ко мне действительно кто-то приходил?! — изумленно воскликнула она и прошептала:

— Мне очень страшно.

— Чего вы боитесь? — спросил я ее, сделав вид, что сильно встревожен.

— Меня уже дважды пытались убить, — сказала графиня. — И теперь я подозреваю, что в этом замешана моя прислуга, — добавила Полянская. — Я никого не видела этой ночью, — солгала она.

— Но кто может желать вашей смерти? — изумленно воскликнул я.

— Не знаю, — тихо проговорила графиня Лидия и пожала плечами. — Я ничего не знаю, — повторила она.

— Позвольте мне защищать вас!

— Я должна об этом подумать, — уклончиво сказала Полянская. — Послезавтра я уезжаю к своему жениху, — твердо добавила она.

И тогда я понял, что уже завтра графиня будет представлена ко двору. История с баварской перепиской набирала стремительные обороты.

— Куда, если не секрет? — печально осведомился я.

— В имение Анатолия Дмитриевича Елагина, — ответила Лидия Львовна.

— Учитывая названные вами обстоятельства, вы разрешите мне сопровождать вас в дороге? — спросил я, уповая на чудо.

К моему глубокому изумлению, графиня Полянская не отвергла моего предложения.

Дома меня уже ждал Кинрю, порядком измотанный погребальными хлопотами. Я застал его в гостиной за чтением журнала.

— Яков Андреевич! — обрадованно оживилось скуластое лицо моего золотого дракона. — Как много вы успели сегодня? Вы уже встречались с графиней? — обрушил он на меня целую лавину вопросов. — Вам удалось узнать что-нибудь новое? — Юкио Хацуми даже привстал со стула. Я и не подозревал в нем такого любопытства.