Через минуту подошла ее очередь. Огромным усилием воли Нэнси выпрямилась на сиденье, взяла в руку рюкзачок, но дверь открыть не успела — это сделал за нее ливрейный лакей. В брючках хаки и белой блузке она чувствовала себя здесь абсолютно неуместной, но все же выбралась из машины, заплатила водителю и через автоматически распахнувшиеся массивные двойные двери поспешила в кондиционированную прохладу вестибюля.

Перешагнув порог, Нэнси очутилась в просторном мраморном фойе. В центре плескался фонтан в форме тюльпана из дымчатого хрустального стекла, за свободно расставленными столами в креслах расположилось элегантное индийское светское общество, чувствовавшее себя непринужденно в окружении этой роскоши. Высокий потолок украшали массивные, в три ярда шириной, плафоны в виде перевернутых чаш, покрытые искусными узорами. Они напомнили Нэнси об изысканных персидских коврах, висящих в нью-йоркском «Метрополитен-музее».

Разодетый швейцар-сикх показал, как пройти к бару «У Рика», и она присоединилась к группе стильных молодых индийцев, сынков и дочерей процветающих олигархов, следовавших в том же направлении. На ходу она взглянула на часы: полдесятого вечера — эти люди явно возвращались с ужина. Что делает в таком месте Джек Адамс?

Нэнси обошла группу молодых индианок в красивых сари и торопливо проследовала вдоль еще одного коридора, отделанного белым мрамором. В баре ее ждала сценка из болливудского фильма. Справа вдоль всего помещения тянулась стойка зеленого стекла, за ней на кожаных барных стульях устроились еще более изысканно одетые молодые индийцы. Слева располагались забитые посетителями диваны и кресла, повсюду сновали официанты, забирали у гостей опустевшие стаканы и с поклоном пятились, прежде чем удалиться и принести свежие напитки.

После мучительных событий уходящего дня Нэнси меньше всего рассчитывала оказаться в подобном месте. Яркий свет заливал помещение, и было так шумно, что она едва расслышала официанта.

— Госпожа, чем могу вам помочь? Не хотите ли выпить? Или вы кого-то ищете?

— Ищу. Мистера Адамса. Вы его знаете? — Нэнси пыталась высмотреть Джека.

— Да, госпожа. Пойдемте, я вас провожу.

Официант ввинтился в толпу, и она постаралась не отставать. В глубине зала на краешке уютного кресла сидел Джек Адамс. В его лице угадывалось легкое беспокойство. Он разговаривал с полным индусом лет тридцати. Индус развалился в кресле, и язык тел собеседников выдавал характер их отношений. Адамс пытается продать индусу какой-то предмет антиквариата, подумала Нэнси. Официант поклонился индусу и что-то прошептал на ухо Адамсу. Джек повернулся, и Нэнси кивнула ему — он без улыбки ответил тем же. Не исключено, что она застала его в самый разгар важной сделки. Адамс поднялся на ноги, поклонился своему компаньону, удостоившего его едва заметным кивком, и быстро подошел к гостье. Он показался ей крайне взволнованным.

— Решились, значит. Что скажете?

Она глубоко вздохнула.

— Хочу попасть на сегодняшний рейс. У меня пять тысяч долларов дорожными чеками. Консьерж обналичит их мне, и можете забирать кость. Это все, что у меня есть, зато вы получите то, что хотели. Мне необходимо улететь сегодня.

Джек Адамс оглянулся на пухлого индуса и вновь повернулся к ней. Если и были у него сомнения, он быстро разрешил их.

— По рукам, — сказал он. — Встретимся у стойки консьержа через пару минут.

Пять минут спустя работник отеля с безупречным маникюром закончил подсчет новеньких банкнот и пустил их по мраморной стойке к поджидающим рукам Нэнси. Это все, что отложено для новой жизни в Дели, грустно подумала она. Сейчас придется отдать деньги абсолютно ненадежному человеку ради того, чтобы попасть на вылетающий в Тибет самолет — то есть обречь себя на серьезную опасность.

Внезапно она почувствовала, как Адамс ухватил ее за локоть. Он прошептал ей на ухо:

— Шагайте прямо к лифту и спускайтесь на цокольный этаж. Выйдите, поверните направо, потом проходите во вторую дверь по правую руку, с надписью «Посторонним вход воспрещен». Там в коридоре подождите.

С этими словами он подтолкнул ее к лифтам в дальнем конце мраморного коридора, а сам поспешил наверх по широкой лестнице, ведущей к ресторану «Маршан». В полном замешательстве Нэнси повиновалась странному приказу и велела мальчику-лифтеру доставить ее на цокольный этаж. Двери раскрылись, она свернула направо, как велено, и отыскала дверь с надписью «Посторонним вход воспрещен». С колотящимся сердцем Нэнси толкнула перед собой дверь и зашагала по коридору — безупречно чистому, как все помещения отеля. В дальнем конце виднелась дверь, по правую руку — еще две, обе с табличками «Служебное помещение». Нэнси гадала, что делать дальше, когда дверь в конце коридора распахнулась и оттуда выскочил Джек.

— Быстро за мной. Скорее!

Она побежала за ним. Через открытую дверь — в угол шумной кухни.

— Мы куда? — крикнула она ему на бегу.

— На экскурсию.

Он схватил ее за руку и провел мимо улыбающегося повара в ослепительно белом одеянии.

— Зачем? — спросила она.

— Затем, что наверху кое-кто очень интересуется нашими передвижениями.

Сердце у Нэнси екнуло, но Адамс двигался слишком быстро и не заметил ее паники. Он тянул ее за руку мимо ряда блестящих стальных разделочных столов, аккуратно заставленных одинаковыми блюдами, дожидающимися, когда их заберут для подачи гостям. Шеф-повар улыбнулся из-за клубящегося паром рашпера и крикнул что-то на хинди. Адамс ответил, и шеф засмеялся.

Значит, Адамс засек слежку. Кто-то стоял в вестибюле и наблюдал за ней, а Нэнси не заметила. Но почему же он не спросил ее, что происходит? Ведь он наверняка насторожился, заметив хвост. Они достигли двойных распашных дверей. Джек проскочил через них, не отпуская руку Нэнси, и они очутились в большом подвальном помещении для подвоза продуктов. Два грузовичка с овощами, припаркованные бок о бок, замерли с открытыми дверями, кухонный подсобный рабочий проверял содержимое лотков с салатом-латуком, выгруженных на пол.