— Так вышло, что Вулфрик женился на мне.

— Поздравляю.

— Хотя Вулфрик тоже здесь, вместе с мужем Аннет, чтобы свидетельствовать.

Филиппа пристально посмотрела на крестьянку, будто хотела что-то сказать, но потом передумала.

— И почему вы пришли сюда? Вигли не во владениях моего мужа.

— Дело произошло в лесу, граф сказал — это земли лорда Уильяма и он судить не может.

— Ну, это отговорка. Роланд судит все, что угодно, когда ему нужно. Просто не хочет наказывать человека, которого только что сделал лордом.

— Как бы то ни было, с нами деревенский священник, чтобы рассказать лорду Уильяму о случившемся.

— А что ты хочешь от меня?

— Понимаете, вы женщина и знаете, что мужчины могут выдумать всякие предлоги для изнасилования. Например, могут сказать, что женщина кокетничала или как-то соблазняла.

— Да.

— Если Ральф выкрутится из этой истории, он может сделать это снова, например, со мной.

— Или со мной, — кивнула Филиппа. — Ты бы видела, как он на меня смотрит — как пес на гусыню в пруду.

Это вселяло надежду.

— Может быть, вам удастся объяснить лорду Уильяму, как важно, чтобы Ральф не вышел сухим из воды.

Филиппа кивнула:

— Думаю, удастся.

Сэмми перестал сосать грудь и уснул. Гвенда встала:

— Благодарю вас, миледи.

— Молодец, что пришла ко мне.

Лорд Уильям принял ходоков на следующее утро в большом зале. Гвенда обрадовалась, увидев рядом Филиппу. Леди приветливо посмотрела на просительницу, и та поняла, что она переговорила с мужем.

Уильям облысел, и голый череп над темными бровями и бородой наводил на мысль о разумном властителе, что и подтверждала молва. Лорд осмотрел пятна крови на платье Аннет, ее синяки. Хоть багрово-красные вздутия уже превратились в лиловые кровоподтеки, леди Филиппа не могла сдержать негодования. Гвенда поняла, что его вызвали не столько сами синяки, сколько навеянная ими картина, как крепыш сквайр коленями упирается в руки жертвы, а лорд ее насилует.

— Ну что ж, ты все сделала правильно, — кивнул Уильям Аннет. — Тут же направилась в ближайшую деревню, показала следы насилия почтенным сельчанам и назвала обидчика. Теперь тебе остается передать заключение мировому судье в Ширинг.

Аннет встревожилась:

— Что это значит?

— Обвинительное заключение, написанное на латыни.

— Я не умею писать даже по-английски.

— Тебе поможет отец Гаспар. Судья представит обвинительное заявление присяжным, и ты расскажешь им все, что произошло. У тебя получится? Они могут задавать всякие вопросы.

Аннет решительно кивнула.

— Если тебе поверят, шериф через месяц вызовет лорда Ральфа в суд. Тогда потребуются двое гарантов, которые внесут определенную сумму в залог того, что ты явишься на процесс.

— Но кто же станет моими гарантами?

— Одним может быть отец Гаспар, а я вторым.

— Благодарю вас, лорд!

— Благодари леди, убедившую меня, что нельзя позволять насильникам нарушать на моих землях королевский мир.

Аннет бросила благодарный взгляд на Филиппу. Гвенда повернулась к Вулфрику. Она рассказывала мужу о беседе с супругой лорда. Вулфрик в знак признательности едва заметно кивнул, догадавшись, что на самом деле за все нужно благодарить ее.

Уильям продолжал:

— На суде тебе опять придется рассказать свою историю. Все твои друзья станут свидетелями: Гвенда скажет, что видела, как ты выходила из лесу в запачканном кровью платье; отец Гаспар расскажет, что ты ему поведала о случившемся, а Вулфрик еще раз засвидетельствует, что видел, как Ральф и Алан скакали по полю.

Все закивали.

— И еще. Начав подобное дело, вы не сможете просто так его бросить. Отзыв заявления является преступлением, и вы будете сурово наказаны, не говоря уже о том, что Фитцджеральд непременно постарается вам отомстить.

Аннет покачала головой:

— Я не изменю решения. Но что будет с Ральфом? Как его накажут?

— О, за изнасилование полагается только одно наказание: смерть через повешение.

Просители спали в большом зале замка вместе со слугами Уильяма, сквайрами и собаками, закутавшись в плащи и устроившись на плетеных половиках на полу. Когда огонь в огромном камине превратился в тлеющие угли, Гвенда нерешительно потянулась к мужу, робко дотронувшись до его руки и погладив плащ. Они не были вместе со дня несчастного изнасилования, и молодая жена сомневалась, хочет ли Вулфрик. Понимает ли, что она пробилась к леди Филиппе, стараясь загладить свою вину?