Шрифт:
— Тут кое-что осталось, или заказать что-нибудь? Есть еще свежие булочки, мне приносят...
Она рассмеялась, обняла его сзади и уткнулась носом в затылок.
— Не мучайся, иди мойся, я придумаю что-нибудь. Тут полно еды, еще и на вечер хватит.
— Даже с учетом кошки? — ему хотелось еще хоть немного постоять так, чтобы теплое дыхание щекотало за ухом.
— Надеюсь.
Стоя в душе, Дел внезапно понял, что напевает что-то — привычка, которой он лишился лет в девятнадцать.
Когда он вышел, его ждали только что вынутые из духовки горячие бутерброды (со вчерашним ростбифом и еще чем-то непонятным) и кофе. Только сейчас Дел понял, что зверски проголодался, впрочем, Карен ела с неменьшим аппетитом.
Бутерброды, оказавшиеся очень вкусными, как-то очень быстро кончились и он разочарованно взглянул на опустевший поднос, но тут Карен напомнила:
— Есть еще торт! — тут же сбегала и принесла его.
Дел был рад, что она без малейшего колебания положила себе солидный кусок и не разу не произнесла тошнотворного слова «калории», хотя в ее возрасте и при ее фигуре беспокоиться было действительно не о чем.
Трети торта хватило им, чтобы насытиться полностью.
— А что было в этих бутербродах? — спросил он, пытаясь помочь ей убрать со стола.
— Ростбиф, сыр и майонез. Посиди минутку, я сама справлюсь.
Он послушно отошел и сел, с удовольствием наблюдая за ней.
— А сыр откуда? Я вчера не заказывал.
— Все из холодильника.Ты что, не знаешь, что у тебя там?
— Не очень, — честно отозвался он.
— Ну, вот и все. — Карен зачем-то подошла к окну и огляделась. — А у тебя окно открывается?
— Нет, здесь шумно, но есть кондиционер. А тебе нужно окно?
— Да нет, наоборот, для кошки лучше, чтобы не открывалось. Она любопытная и может нечаянно убежать.
— Она у тебя что, никогда не выходит на улицу? Кстати, у нее имя есть?
— Ее зовут Манци. А на улицу она не выходит, там опасно.
Стоило Карен приблизиться, как он тут же потянул ее к себе, усаживая на колени.
— Ты же говорил, что у нас много дел? — рассмеялась она, устраиваясь поудобнее и обнимая его за шею.
Дел знал, что она права, но они же пока все равно разговаривал и...
— Как ты хочешь, сначала в контору, потом к тебе домой, или наоборот? У тебя много вещей?
— Не очень — сумка, пара пакетов и клетка. Кстати, я все хотела спросить, что это за коробки у тебя в углу?
— Это мои вещи, все никак не соберусь распаковать. Вот вместе и займемся, — он со вздохом поставил ее на ноги и встал. — Ладно, давай собираться.
Они были уже на пороге, когда зазвонил телефон.
— Мистер Бринк? С вами хочет поговорить доктор Кольмар, — раздался женский голос в трубке.
О черт, Ларс! Он совсем забыл о вчерашнем сеансе! Знакомый голос уже гудел, оглушая его:
— Делвин, ты что заболел? — Ларс называл его всегда только полным именем, — ты пропустил сеанс!
— Ларс, привет! Извини, я забыл, у меня было много дел. Я зайду послезавтра, ладно? Тогда и поговорим.
— Делвин, это ты? — в голосе Ларса прозвучало какое-то странное недоверие.
— Я, я, ты что, не узнал? — Дел хотел быстрее закончить разговор — Карен стояла у двери и нетерпеливо поглядывала на него.
— Да, конечно, узнал, — но ты говоришь как-то странно... у тебя все в порядке?
— Все в порядке — послезавтра поговорим, хорошо? Я тороплюсь.
Ларс, кажется, хотел еще что-то сказать, но потом передумал и попрощался.
Уже на лестнице Дел фыркнул, только теперь поняв, что так удивило Ларса, — то, что в его голосе не было и следа апатии и безразличия. Да еще это упоминание о делах и спешка, бедняга, небось, подумал, что его пациент окончательно свихнулся!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
В машине Карен о чем-то задумалась и молчала до самого моста. Дел поглядывал на нее, но девушка, казалось, не замечала этого, и в конце концов он не выдержал.
— Что с тобой?
Она встрепенулась и непонимающе уставилась на него.
— Ты даже не сказала мне, куда ехать. Где твоя контора?
— Знаешь, поехали сначала ко мне, соберем вещи. Томми просил приехать к пяти. Или, если хочешь, просто забрось меня домой, я соберусь сама, а вечером заберешь меня с вещами.