Поэтому нет ничего удивительного в том, что в один прекрасный день Луси оказалась в постели Фреда. К этому все шло с самого начала. Он был не лишен привлекательности, а она чувствовала себя бесконечно одинокой. Удовольствие, которое подарил ей Фред во время занятий любовью, оказалось совершенно неожиданным и стало одним из самых замечательных событий в ее жизни за последние годы. Ничего подобного с Луси еще не случалось. Впрочем, ее сексуальный опыт был весьма скудным. Изнывая от наслаждения под Фредом, она не в силах была удержаться от страстных криков, и это ошеломило ее больше всего. Обычно Луси вела себя с мужчинами сдержанно. Все это навело ее на мысль, что она наконец влюбилась. Поэтому, когда Фред месяц назад предложил Луси стать его женой, она ответила согласием.

Сейчас она удивленно разглядывала своего жениха, лицо которого показалось ей совсем не таким привлекательным, как обычно. Из глаз Фреда исчезло привычное добродушное выражение, сменившись холодом и злостью.

— Я не подозревала, что ты станешь противиться моей поездке, — сухо заметила она, старательно скрывая досаду. — До сих пор я не видела от тебя ничего, кроме помощи.

Это и в самом деле было так. Фред являлся незаменимым помощником не только для Луси, но прежде всего для ее матери, которая приняла его на работу вскоре после того, как он окончил колледж. Через пару лет Фред уже стал правой рукой Аннетт. Он единолично управлял сетью прачечных, основанной еще отцом Луси, который трагически погиб в результате неосторожного обращения с электричеством, когда дочери не исполнилось и десяти лет. Аннетт высоко ценила Фреда за ярко выраженную деловую жилку в его характере.

Луси, напротив, не проявляла большого интереса к семейному бизнесу. По ее мнению, достаточно было и того, что делами занимается Фред. Поначалу они общались очень мало, но болезнь и смерть Аннетт сильно сблизили их. Кроме того, без помощи Фреда Луси ни за что не разобралась бы в делах, потому что больше всего на свете ее интересовала живопись.

Глядя в раздраженное лицо жениха, она невольно задумалась о том, насколько искренно чувство Фреда к ней. Что интересует его больше — она сама или бизнес, которым он успешно занимается долгие годы?

Может, Фред и не любит ее вовсе...

— Знаешь, наверное, мы поспешили со свадьбой, — тихо произнесла Луси. — Наше решение почему-то уже не кажется мне заманчивым...

— Ты рассердилась на меня, — пожал плечами Фред. — Не спорю, у тебя есть на это право. Возможно, я действительно повел себя очень эгоистично... Конечно, ты должна ехать. Просто... я буду очень сильно скучать по тебе, вот и все.

Он поднялся с кресла и нежно привлек к себе Луси. Затем наклонился и прижался к ее губам.

Поцелуй оказался очень сладким, и Луси невольно ощутила трепет во всем теле. В голове у нее промелькнула мысль о том, что реакции плоти иногда бывают совершенно обезоруживающими. А это не всегда соответствует моим интересам, подумала Луси через мгновение.

— Я буду безумно тосковать по твоим губам, — едва слышно прошептал Фред. — Они такие красивые... И все остальное в тебе прекрасно — твои глаза, волосы, кожа, грудь...

Он нежно сжал прелестные упругие выпуклости через ткань блузки. Его прикосновение вызвало у Луси такую бурную реакцию, что она даже испугалась. Фред словно дотронулся до ее обнаженных нервов.

— Я всегда желал тебя, Лу, — хрипло продолжил он. — С того самого дня, когда впервые увидел тебя. Но твоя мать предупредила меня, что смотреть я могу, но трогать не имею права. Аннетт сказала, что ее маленькая принцесса предназначена не для меня.

Слова Фреда не удивили Луси. Ее мать всегда отличалась известным высокомерием. Она родилась в знатной шотландской семье и получила отличное образование, но потом уехала в Америку, на родину возлюбленного, который впоследствии стал отцом Луси. Узнав о намерении дочери выйти замуж за американца и уехать, родители запретили ей ступать на порог родного дома. Аннетт и не собиралась этого делать, потому что ее гордость была оскорблена.

Черствость родителей настолько сильно повлияла на мать Луси, что она почти никогда не заговаривала с дочерью о родственниках и запретила той предпринимать какие-либо попытки связаться с ними.

На первый взгляд могло показаться, что мать воспитала Луси в духе снобизма и лицемерия. В каком-то смыслу это так и было, но на самом деле Аннетт руководствовалась лишь желанием сделать дочь настоящей леди. Она всеми силами старалась привить ей хорошие манеры и позаботилась о том, чтобы девочка брала уроки танцев, верховой езды и игры на фортепиано, а также изучала основы красноречия.

Из этого мало что вышло, потому что к двадцати трем годам Луси хоть и выглядела, как положено молодой, красивой и элегантной женщине, умеющей непринужденно держаться в любом обществе, но в душе являлась истинной американкой. Она отличалась упрямством, нежеланием признавать авторитеты и прагматическим отношением к жизни.

К тому же девочка унаследовала от матери такую черту характера, как неповиновение родительской воле. Выразилось это в том, что, когда Луси однажды оказалась во время летних каникул в Шотландии, она первым делом попыталась разыскать родственников по материнской линии. Но, к ее досаде, вскоре выяснилось, что в этой стране столько людей с фамилией Моррисвилл, что, казалось, достаточно ткнуть пальцем в первого встречного, и он окажется Моррисвиллом.