Это не было наиболее непосредственно из приемов, но это было начало. Стараясь не замечать кислых взглядов Коналла, сидевшего на другом конце стола, и смущенных выражений на лицах большинства своей свиты, Келсон сел на свое место, улыбаясь. Брион никогда не поступил бы так, но Келсон не был Брионом. Всем придется смириться с тем, что он хотел создать свой собственный стиль. Он смеялся над шутками Дугала, а когда Сайард подал им жаркое из птицы и говядины на пышном хлебе, Келсон стал есть его руками, как это и принято в Приграничье.

За едой он немного поболтал с Колеем. Келсон рассказывал о том, чему он научился за последние три года, в старый вождь гордо перечислял, чему научился Дугал, готовясь стать предводителем клана. Свое ухудшающееся здоровье он помянул только мельком.

Из уважения к хозяину Келсон обходил в разговоре политику и прочие темы, которые могли бы привести к разногласиям, собираясь поговорить об этом попозже и в более приватной обстановке. Но прямо перед тем как подали десерт — липкие конфеты из толченого миндаля, бисквита и меда — Колей мельком упомянул своего брата Сикарда, чьей женой была Меарская Претендентка.

«Леди Кайтрина, что она из себя представляет?» — спросил Келсон, стараясь не показывать насколько ему интересно. К его облегчению, Колей не стал сдерживаться, вино заставило его подобреть и развязало ему язык.

«А, она лелеет старую мечту, время которой давно прошло,» — сказал Колей. — «Она никогда не нравилась мне. Она примерно моего возраста, ее дети — крайне неприятные люди, а ее дружок еще более неприятен. Она и мой брат…!»

Он презрительно выругался, и Келсон вздернул бровь в притворном удивлении.

«Вы и Сикард поссорились?»

«Можно и так сказать,» — разрешил старик. — «По правде говоря, мы с ним никогда не были близки. К детям я тоже не был близок, может немного к мальчишкам. Их зовут Ител и Лльювелл, но я думаю, что это ты и так знаешь. Они примерно твоего возраста, может, моложе примерно на год. Девчонка же…»

«Еще и дочь…» — выдохнул Келсон, почти неслышно.

Старый Колей сразу понял, о чем он говорит, и шумно засмеялся, хлопнув Келсона по плечу.

«А, они давят на тебя, парень, чтобы ты поспешил найти себе пару? Ну, можно найти куда более худших, чем миленькая Сидана. На старом языке ее имя означает „шелк“, и она обладает той мягкостью, которой не хватает мальчишкам и их матери. Помимо титула, который может перейти к ней по наследству, у нее есть прекрасные гладкие волосы, коричневые как каштан, которые доходят ей до колен, большие оленьи глаза. Еще у нее очень белые зубы, а ее бедра говорят о том, что она принесет своему мужчине много прекрасных сыновей, а ведь ей еще только пятнадцать.»

«Вы говорите так, как будто хотите выдать ее замуж,» — сказал с улыбкой Келсон. — «Вы намекаете на что-то?»

Колей отрицательно покачал головой, в тоже время застенчиво пожимая плечами.

«Ну, я не тот, кто должен выбирать невесту для моего короля, сынок,» — сказал старик. — «Но если человек хочет разрешить старую проблему и принести мир своему народу, женитьба на Сидане была бы одним из не самых плохих решений. Если бы я думал, что это поможет, я бы женил на ней Дугала, или, упаси Господь, если бы я был помоложе, и мог бы найти сговорчивого священника, я бы сам женился на ней, несмотря на то, что она — моя племянница.»

Келсон слабо улыбнулся, вспомнив, что однажды он прочитал о том, что два столетия назад инцест, имевший место между чуть более близкими родственниками, способствовал смене власти, хотя в случае Имра и Ариэллы не обошлось без Дерини.

Но теоретическое решение, предложенное Колеем, не повлекло бы за собой таких последствий, даже если бы воплотилось в жизнь. Для этого он и Сидана были слишком отдаленными родственниками — тут его взгляд окаменел на мгновенье, пока он вспоминал разветвления своего генеалогического древа до их общего с Сиданой прапрадедушки — далеко за пределами кровного родства, которое могло бы вызвать неодобрение Церкви.

«Я не думаю, что Вам придется идти на такие жертвы,» — заверил он Колея, усмехаясь.

«Конечно, нет. Ей нужен муж из Халдейнов, а не еще один приграничник, брак с которым только еще больше все запутает. Если не Ваше Величество, то, может быть, Ваш кузен…»

Старик поглядел на конец стола, куда передвинулся Коналл, чтобы сесть между Эваном и Джодреллом, размышляя о чем-то над своим кубком с вином.

«Вообще-то, если подумать, то Коналл не подходит,» — продолжил Колей более трезво. — «Она не была бы счастлива с человеком вроде него, хотя, как мне кажется, у твоего молодого кузена есть собственные амбиции. Власть может быть большим искушением, сынок. Но, я думаю, не мне рассказывать тебе об этом, так ведь?»

Келсон удивленно посмотрел на Коналла, а затем опять на Колея.

«Коналл?»

«Ах, парень, я не хотел бросить тень на твоего кузена. Но Сидана стоит того, чтобы жениться на ней, и даст своему мужу законное право требовать трон Меары. Если правильный человек будет правильно убеждать ее братьев, то они могут даже отказаться от своих претензий на меарский трон.»

Келсон мрачно ухмыльнулся и покачал головой, водя пальцем по краю своего кубка.

«Я стараюсь избегать такого вида убеждения, Колей,» — он сказал мягко. — «Я не хочу устраивать поход на Меару, как делали мой отец и дед, и решать все вопросы мечом. Но, в то же время, я не собираюсь отказываться от того, что по праву принадлежит мне.»