— У тебя какое-нибудь дело? — Она прижалась к нему. От него пахло табаком и солью. И еще чем-то. Напоминавшем о детстве в Кьопсвике.

— Хотел посмотреть, как вы тут устроились. И еще поговорить с тобой... кое о чем.

— О чем же?

— Я только что побывал на Хундхолмене, видел мальчика.

— Как он там?

— Улюф растет, и ему там нравится. Сестра Марен очень его любит... Но... но она научила его звать меня дядей Арнольдусом из Кьопсвика.

— А тебе это не нравится?

— Нравится или нет, у мальчика должны быть отец и мать.

— Но ведь ни для кого не тайна, что ты его отец?

— Я, во всяком случае, этого не скрываю. Время все расставит на свои места. Ему понравилась деревянная лошадка и бурый сахар, которые я ему привез.

Арнольдус отпустил сестру и сел, улыбаясь во все лицо. Она и раньше наблюдала удовлетворенность, которая появлялась в нем, когда он заставлял себя что-то сделать. Это объяснялось тем, что он с трудом сохранял мир и с самим собой, и со всем окружающим... до следующего раза.

— А у тебя с Марен... У вас не испортились отношения, после того как она взяла мальчика к себе?

— Я к ней всегда хорошо относился, это она раньше... Нет, теперь она сменила гнев на милость. Советуется со мной обо всем, считается.

Сара Сусанне невольно засмеялась. Она открыла дверь в кухню и попросила служанку принести им кофе. Закрыв дверь, она снова села рядом с ним.

— Мне тебя не хватало, ты так редко приезжаешь, — тихо сказала она, поглаживая плюшевую скатерть.

— Я поболтал в саду с Агнес. Она тоже получила деревянную лошадку.

— Деревянную лошадку?

— Да, сегодня день деревянных лошадок. И видел Иакова. Он еще слишком мал, но...

— Спасибо! Зачем ты все это говоришь? — спросила она, не спуская с него глаз. — Мне тебя не хватало!

Служанка принесла кофе. Сара Сусанне взяла у нее поднос, и служанка ушла.

— Ты умеешь лучше обращаться с прислугой, чем наша мама, — сказал он и погасил трубку.

Она промолчала. Разлила кофе по чашкам. Услышала, как с верхнего этажа пронесли вниз хныкающего Иакова, но сделала вид, что ничего не заметила. Только села поудобнее и откинулась на спинку кресла. Ждала.

— Ну ладно. Так как же ты живешь? — наконец спросил он, насмешливо наблюдая за ней.

— У нас все в порядке, но дел много. Теперь вся ответственность лежит на Юханнесе. А я? У меня тоже все в порядке.

— Прекрасно, Что же я еще хотел сказать?.. Да, одно время... пока вы жили на Офферсёе, я часто думал, что неправильно себя вел, когда ты выходила замуж. Что мы с мамой как будто заставили тебя поступить против твоей воли...

Теперь уже Сара Сусанне наблюдала за ним. Так вот что мучило его все это время, подумала она. И теперь он хочет, чтобы она сняла с него чувство вины. Но она молчала.

— Ты смогла со временем полюбить Юханнеса? — шепотом спросил он. Его глаза обежали комнату, словно он боялся, что у стен есть уши.

Она выжидала. Что она могла ему сказать?

— Юханнес... он всегда старается, чтобы мне было хорошо. Я сама его выбрала.

— Выбрала? Ты так называешь свое решение? — удивился он.

— Называй как хочешь. Я ведь не была в безвыходном положении, как мать твоего Улюфа.

— Так-то оно так, но одно время ты выглядела не очень счастливой... Сейчас другое дело, — быстро прибавил он.

Она глотнула воздух. Кому еще на всем свете пришло бы в голову, оттого что она не выглядит счастливой, спрашивать, как ей живется? Даже если с тех пор прошло уже не меньше двух лет.

— Хочешь посмотреть мою светелку в мансарде? По-моему, ты ее не видел, когда был у нас на крестинах?

— Что за светелка?

— Это моя комната. Я там тку и...

— О господи! Конечно хочу! — воскликнул он и во второй раз отложил трубку.

Они поднялись по лестнице на чердак. Она показала ему нарезанные лоскутки, разложенные по цветам. Хотя было еще светло, зажгла лампу, привезенную из дома, которую получила в наследство. И показала ему вид, открывающийся в полукруглое окно.

— Красота! — воскликнул он. — Ты королева, а это твое королевство!

Стоя у окна, она оглядела комнату, словно увидела ее впервые.

Арнольдус сел на один из двух стульев. Откинулся на спинку, расставил ноги и скрестил на груди руки. Он изменился за одно мгновение. Она даже не поняла, в чем заключалась эта перемена. Арнольдус кашлянул.

— Я должен кое-что тебе сказать.

Сначала Сара Сусанне подумала, что теперь от него ждет ребенка другая девушка. Она тоже села.