— Что это? — спросила она с плохо скрываемым любопытством.

— Посмотри скорее! — Эрда хотела помочь матери.

— Нет, руки прочь! Это только маме! — грозно остановил сестру Рагнар.

Элида поставила коробку на кухонный стол и развязала шнурок. Искусно сплетенный шнурок, похожий на косичку. Прежде чем открыть картонку, Элида вдруг опустила руки и строго посмотрела на сына:

— Надеюсь, ты не выбросил деньги на какой-нибудь пустяк?

А ты посмотри! — засмеялся Рагнар, от нетерпения он переступал с ноги на ногу.

Элида сняла с коробки крышку и сунула руки в белую шелковистую бумагу. Осторожно развернула ее. Наконец она достала из бумаги маленькую красную шляпку с черным пером.

Открыв рот, Элида уставилась на нее.

— По-моему, ты окончательно спятил! — прошептала она.

Рагнар взял у нее из рук шляпу и смело водрузил ее Элиде на голову чуть-чуть набок. Резинку от шляпы он зацепил за тяжелый пучок Элиды, словно никогда не делал ничего другого.

— Мама, ты настоящая важная дама! — ахнула Хельга

— Ты только посмотри! Да у тебя врожденное благородство! — воскликнул Фредрик, схватил трость и обошел Элиду, разглядывая ее со всех сторон.

— Мама, ты забыла, что я обещал подарить тебе шляпку, когда ты приедешь в Кристианию? Раньше у меня просто не было денег. Пожалуйста, надень ее, когда мы все пойдем в крепость Акерсхюс! — Рагнар был очень горд.

— Это и от меня тоже. Мы ее купили в складчину, — деловым тоном сообщил Хильмар. Он стоял, скрестив руки на груди, и с довольным видом внимательно изучал Элиду.

— В крепость Акерсхюс? — с отсутствующим видом переспросила Элида и подошла к зеркалу.

Стоя там и вертя головой из стороны в сторону, она заплакала. Это были не обычные слезы, которые иногда навертывались ей на глаза, что само по себе было глупо. Нет, она плакала в три ручья.

На кухне воцарилось молчание.

— Она не очень дорогая, — сказал Рагнар, желая утешить мать.

— Ни у кого нет таких сыновей, как у меня! Ни у кого! — всхлипнула она. Быстро сорвала с себя передник и высморкалась в него. К изумлению всех, смотревших на нее.

— Мама! Пройдись, пожалуйста, по кухне! Мы посмотрим, как на шляпе колышется перо, — шепотом попросила Хельга.

И Элида прошлась. Обошла вокруг стола. В окно стучал дождь. Вымытая посуда стояла на подставке, прикрытая клетчатым полотенцем. И маленькая красная шляпка была похожа на лодку, опрокинутую как раз над левой бровью.

— Настоящее птичье гнездо! — с удивлением сказал Карстен.

Перо слегка колыхалось. Самые нижние пушинки, те, что приходятся ближе к телу птицы, цеплялись друг за друга мягкими невидимыми крючочками. Создавая единое целое.

Черное. Сверкающее. Нарядное.

Так сыновья начали обрабатывать Элиду.

Но чтобы идти на праздник в крепость Акерсхюс всей семьей? Сначала Элида этому воспротивилась.

— Вы хотите доконать отца? — спросила она.

Однако чем больше мальчики читали о том, что будет происходить в Акерсхюсе в тот день, тем лучше чувствовал себя Фредрик.

— Вот увидишь, Элида, все мои опасения, что у меня что-то болит, — это все ипохондрия! — сказал он. — Мне стыдно, что я столько времени обманывал врачей Теперь ясно, что Фредрик Андерсен силен, как медведь!

Мальчики засмеялись.

— Но мы не можем взять с собой туда младших девочек, — напомнила ему Элида.

— Я могу остаться с ними дома, — неожиданно предложила Эрда.

— Нам тоже не обязательно идти туда, так что вас будет не так много. Правда, Карстен? — сказала Хельга.

Глядя в пол, Карстен прикусил губу и кивнул.

Элида сдалась.

Фредрик знал, что она уступит, потому что не захочет лишить его этой радости. Он чувствовал, как она отодвигает в сторону то, что беспокоило их обоих: как он выдержит поездку в город. И само торжество.

Они были на месте за час до официального открытия праздника, назначенного на полдень. Элида в черном собственноручно сшитом костюме. И в красной шляпке, прикрепленной двумя шляпными булавками. Хильмар и Рагнар несли плед, бутылку с водой и зонт — и от солнца, и на случай дождя. Им посчастливилось занять два стула недалеко от оцепленного места, где должны были пройти король и королева. Усадив родителей, они встали у них за спиной, как два телохранителя, чтобы уберечь их от давки.