— Зависит от того, что вы собрались тут делать, — пожал плечами Эвернал.

— Мы ничего не собираемся делать.

— Вы находитесь в миле от главной дороги.

— Это преступление?

— Это — нет, — угрюмо заметил капитан. — Но это предполагает, что вы приехали в лагерь не случайно. Поблизости нет ничего, что могло бы вас заинтересовать.

— И тем не менее это вышло случайно. — Данмер пожал плечами. — Мы прогуливались, осматривали окрестности, а когда увидели становище местных жителей, решили взглянуть поближе. Парень никогда не видел их раньше.

— Ладно, — хмыкнул Эвернал. — Может, и так. Но тогда вы не будете возражать, если мы попросим вас показать, что во вьюках?

Сул промолчал, и четверо патрульных подошли к лошадям. Чтобы найти лунный сахар, много времени им не потребовалось.

Аттребус видел, что плечи данмера слегка напряглись, и подумал: «Ого! Драться собирается, не иначе».

— А почему вас интересует наша покупка? — возмутился он вслух. — Я честно заплатил золотом…

— Значит, тебя предупредили о наказании за торговлю с дикими кошками?

— Разве я торговал? Вы видели, чтобы я предложил им что-нибудь купить?

— Ну вот… — Эвернал поднял глаза к небу. — Начинается!

Принц выпрямился, привычно приосанившись.

— Нет, капитан Эвернал! Начинается не у нас. Вы можете выдвинуть нам обвинение, как положено — основываясь на свидетельских показаниях?

— Показания? Зачем они мне нужны? — ответил командир патруля. — Я прекрасно знаю, что вы купили сахар для этих кошек. Чтобы обвинить вас, мне не нужны никакие свидетели и никаких дознавателей. Все очевидно.

— Я это вижу. Тогда, капитан, вы и ваши люди — просто разбойники.

— Мы — патруль Риммена и обеспечиваем соблюдение законов.

— Вы противоречите сами себе, — фыркнул Аттребус. — Сами только что сказали, что можете убить нас совершенно безнаказанно, и гордитесь тем, что вам не нужны свидетели, расследование и доказательства. Так кто вы после этого, сэр, если не разбойник?

Эвернал покраснел, но на лицах многих из его людей появилось смущенное выражение. Они отводили глаза и переминались с ноги на ногу.

— Уезжайте прочь! — решившись, приказал капитан. — Оставьте сахар и уезжайте.

Аттребус почувствовал, что тугой комок в животе слегка расслабился, но тут увидел лицо Лесспы.

— А как же они? — спросил принц.

— Я сказал, уезжайте! — отрезал капитан. — Благодарите своих богов и убирайтесь прочь.

— Поехали, — негромко проговорил Сул.

— Нет! — твердо заявил Аттребус. Он уже все для себя решил.

— Нет? — переспросил Эвернал.

— Как вы думаете, кто я? — Принц повысил голос. — Я узнал ваш нибенский выговор, капитан Эвернал! Вы можете работать на головореза, который всем заправляет в Риммене, но ваши душа и тело принадлежат Империи. И вы не узнали меня?

Он видел, как расширились глаза капитана, как дрогнул уголок его рта.

— Милорд…

— Неправильно! Еще попытка! Уверен, мою внешность хорошо знают даже в этой глуши!

Капитан сглотнул.

— Мой принц? У вас слегка ушиблено лицо. Поэтому…

— Угадали наконец-то. Поэтому я вас прощаю. Думаю, вы не станете подвергать сомнению законность моих поступков и задерживать моих сопровождающих?

— Сопровождающих? — Эвернал оглянулся на каджитов.

— Это мое дело, капитан. Мы покинем ваши земли через день и больше не вернемся.

— Но, ваше высочество…

— Чего боитесь? Вы же представитель власти.

Капитан вздохнул и подошел поближе.

— Я сражался под знаменами вашего отца, — сказал он. — И много слышал о вас, ваше высочество. Но в Сиродииле мало работы для воина…

— Тогда вы знаете… — заявил Аттребус гораздо мягче. — Тогда вы можете прочитать в своем сердце, что правильно, а что нет. Вы слышали обо мне. Сейчас я выполняю миссию небывалой важности и уже потерял много времени. Неужели вы хотите, чтобы о вас упоминали как о человеке, попытавшемся воспрепятствовать принцу Аттребусу Миду?

— Нет, ваше высочество, — ответил Эвернал с легким поклоном. — Не хочу.

Принц похлопал его по плечу.

— Вы хороший человек!