Mирнин вздохнул. «Пожалуйста, позвольте мне».

«Есть ли у вас малейшее представление о том, как водить машину?»

«Я – очень способный ученик.»

Фактически, она не была.

Мирнин выпустил Клер у дома её родителей, задолго до рассвета, бросил ей её телефон не выходя из машины, и поехал всё ещё натыкаясь на обочины и почтовые ящики с весёлой непринуждёностью. Казалось что он срадость водил машину. Это её ужаснуло, но это официально была проблема Морганвилльской полиции а не её.

Когда она открыла парадную дверь, вся тяжесь дня навалилась на неё, и всё что она хотела это забраться на диван в гостинной и заснуть, но она воняла как грязные старые кости, и другими вещами о которых она на самом деле не хотела и думать. Душ. Мама с папой были в постели, думала она; их дверь на верху лестницы была закрыта. Она на ципочках прошла мимо неё в дальний конец коридора, сбросила свой рюкзак на кровать, и надела старый тонкий хлопковый халат из ящика, прежде чем направиться в ванную.

Дэ-жа – ву, застало её в расплох, когда она заперла дверь и пустила воду. Дом мамы с папой имел такую-же планировку как и Дом Глассов– что казался ей большим домом, хотя она жила в обоих из них примерно равный промежуток времени. Дажи столешницы и полы были такими-же, только санкционированные мамой занавески для душа и полотенца, были разными. Я хочу вернуться. Клер села на крышку от унитаза и позволила горечи наполнить её. Я хочу вернуться к друзьям. Я хочу видеть Шейна. Я хочу что-бы всё это закончилось.

Не то что-бы какой то гений выскочил и исполнил её желания. к сожалению. И в конце концов слёзы не при носят облнгчения.

после долгово долгово душа, она почуствовала себя немного лучше-чище, в любом случае, иприятно усталой. Клер высушила волосы феном-сейчас они стала длиннее, и когда она расчёсывала их они доходили до её плечь. э Она выглядела как привидение. Ей нужно было отоспаться примерно месяц, без того что-бы кто нибудь не пытался бы её убить. после этого она смогла бы опять разбираться со всем этим хаосом. Возможно.

Она прикоснулась к тонкому крестику, подаренного ей Шейном, и подумала о нем, запертым в клетке прямо в центре города. Амели пообещала ей, но не уточнила детали и сроки; она также не обещала освободить Шейна, только уберечь его от наказания.

Клэр все еще думала об этом, когда она повернулась на свет в своей спальне и обнаружила, Майкла сидящего на кровати.

«Эй!» вскрикнула она, и потянулась за своим розовым пушистым халатом, внезапно осознав, насколько тонкая ее пижама. «Что ты делаешь?» После первой волны смущения, она почувствовала столь же сильную волну восторга. Она не видела Майкла – его самого, вдали от Бишопа – с того ужасного дня, когда все стало неправильным, для всех них.

Пока она тянулась за халатом, он встал, протягивая обе руки в очень майкловском жесте, пытаясь ее успокоить. «Подожди! Я не тот, кем ты меня считаешь. Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред, Клер. Пожалуйста, поверь мне –"

Ох. Он думал, что она по-прежнему считает, что он маленькое животное Бишопа. «Да, ты работаешь на Амели, а не злюсь больше, я поняла. Это не означает, что ты можешь появляться, без предупреждения, когда я в моей ночной рубашке! "

Майкл улыбнулся ей с колоссальным облегчением и опустил руки. Он казался на миллион миль выше ее, когда раскинул руки, и она почти влетела в его обьятия. Она доставала ему почти до подбородка. Он был вампиром, поэтому не было смысла ждать от его тела тепла, но он был удобным, настоящим и сильным. Майкл был своим. Всегда.

Была искренняя любовь в нем. Она могла чувствовать ее.

«Эй, малыш,» сказал он и обнял ее с осторожностью, хорошо осведомленый о своей силе. «У тебя все в порядке?»

«Я в порядке, и, парень, я хочу, чтобы все перестали об этом спрашивать,» сказала она, и отодвинулась и взглянула на него. «Что ты здесь делаешь?»

Лицо Майкла приобрело твердые черты, и он сел снова на кровать. Клэр проследовала за ним, вскарабкалась вверх рядом чувствуя как ее счастье отдаляется кровоточа. Она взяла подушку и обняла ее рассеянно. Она нуждалась в чем нибудь, чтобы держаться.

«Бишоп послал меня, чтобы выполнить одно из своих поручений», сказал он. «Он все еще думает, что я один из его хороших маленьких солдат. По крайней мере, я надеюсь, что он так думает. Вероятно, это его идея для испытания».

«Послал тебя делать что?»

«Ты не хочешь этого знать."Определённо что ненавимтное Майклу. его голубые глаза потемнели и он казалось, не хотел смотреть прямо она неё.» Дела начинают принимать слишком опасный оборот, и ты по середине всего этого. Обещай мне что не вернёшься к Бишопу. Даже если он станет использовать это тату что-бы вызвать тебя. Просто держись от него подальше. Прицепи себя наручниками к поручню, если придётся, но не приходи назад.