– Одного витка мало, – произнес Торик. – Оптимально уходить после двух. Иначе не хватит топлива. Двадцать четыре, запятая, шесть седьмых. Хочу к доктору Звонкову. Или к доктору Дубровину.

– Ты мне прекрати кривляться, Слава. Хватит уже из себя шута строить.

– Здесь неуютно. Мне нужно на процедуры. И таблетку.

– Заткнись! И не мешай хотя бы, если помогать не хочешь!

Торик уселся на корточки возле стены и забормотал себе под нос цепочки каких-то чисел.

– Перестань орать на человека! Он же болен, – резко сказала Маринка. – Слышишь, Фрунзик… Или Игорь, как тебя там…

– Да ладно, Марин, не злись, – миролюбиво откликнулся Герасимов из-под стойки терминала. – Этот клоун выдает четкие математические выкладки. Точные астрономические траектории! Он, паразит, их в уме считает! Ты хоть приблизительно представляешь, какого порядка эти числа?… Вот так, заработало!

На терминале зажглось несколько желтых лампочек, и спустя несколько секунд небольшой экранчик осветился. Раздался продолжительный мерзкий писк, и что-то щелкнуло.

– Сейчас мы проверим, правильные ли мне данные по кодам подогнали камрады… – увлеченно проговорил Фрунзик, бегая пальцами по клавиатуре.

Он достал КПК и переходной шнур. По очереди осмотрел все интерфейсные разъемы и выругался:

– Черт подери! Здесь нет такого гнезда! Ну ничего… Мы и ручками можем… И не зваться бы мне Фрунзиком…

– Ага, – проворчал Егоров. – Теперь эта твоя присказка приобрела особенный шарм. Фрунзик, блин. Это ж надо было придумать! Сменить нормальное имя на… такое! Типа, чтобы никто не догадался?

– Ты же не догадался, – язвительно заметил Герасимов. – А теперь введем код. Молитесь.

В шахте что-то стукнуло. Максим подошел к лифту с заблокированными дверями и прислушался. Грачев тоже настороженно поднял голову.

– Кажется, на крышу лифта нам чего-то подбросили, – обеспокоенно сказал он.

– Пошла, родимая! – с азартом воскликнул Фрунзик. – А ну-ка отойдите оттуда. Да отойдите же!

Квадратное углубление в полу оказалось огромной титановой плитой. Она с шипением опустилась вниз и отползла в сторону, открывая вид на крутые ступеньки. Освещение внизу было не в пример лучше, чем в переходном помещении, да и пыли там не было.

– Электромагнитку, поди, швырнули! – крикнул Герасимов, помогая Маринке спуститься. – Давайте-давайте, придурки! Поздно! Я уже открыл ларчик!

В это время в шахте оглушительно ухнуло, и свет в лифте погас. Двери с хлопком закрылись.

– Молодцы! – радостно прокомментировал Герасимов. – Теперь они сами себе отрезали путь вниз.

Он поймал крайне озабоченный взгляд Грачева и рассмеялся:

– Да не дрейфь, солдат! Я тебе покажу, как резервный контур запускать. Выберешься! Главное, чтобы теперь этим гениям не пришло в голову перекрыть чем-нибудь выходную горловину стартовой шахты, а то наш полет будет очень недолгим и абсолютно нерезультативным.

Титановая плита с шипением встала на место, наглухо отсекая шестерых людей от внешнего мира.

Второй лифт был еще более просторный, чем первый. И несся вниз с какой-то невероятной скоростью. У всех закладывало уши, и желудки подпрыгивали к горлу.

– Ты клизму ставить умеешь? – вдруг спросил Фрунзик у Юрки.

– Ну-у… пробовал однажды. На песике… А зачем?

– А как, ты думаешь, биогель в организм вводится? Вместе с обедом? Всем нужно будет сделать тщательное промывание желудка и кишечника.

Маринка после этих слов чуть не потеряла сознание.

– А что? – искренне удивился Фрунзик. – Думаете – в санаторий попали?

Лифт наконец остановился, и его тройная дверь с легким шумом отползла в сторону. Перед друзьями оказался освещенный тоннель, плавно изгибающийся влево.

– Что ж, дорогие мои, – торжественно произнес Герасимов. – Добро пожаловать на объект «Подснежник».

Пока они шли по коридору, Максим спросил:

– Фрунзик, сколько нам лететь?

– Около двух месяцев.

– А почему так мало? Ведь первый полет длился гораздо дольше.

– Совершенно разные траектории и типы кораблей. Такой громадине, как «Конкистадор», нужно много энергии, чтобы разогнаться, поэтому, несмотря на то, что там стоят плазменные движки, скорость полета значительно ниже. И вдобавок мы будем выходить на полетную траекторию через витки. Слава прав: видимо, придется сделать два витка, а не один. Это… как бы тебе объяснить попроще… По принципу карусели. Мы раскручиваемся по орбите, а потом уходим, имея не только собственную тягу, но и пользуясь энергией центробежной силы. Похоже на камень, вылетающий из пращи. Боги скорее всего пустятся в погоню. Они выведут к «Конкистадору II» транспортные корабли и зальют столько топлива, сколько влезет. Межпланетник, конечно, не достроен полностью, но жилой модуль и двигатели функционируют. А для Гефеста, как ты понимаешь, не составит труда организовать несколько стартов с Байконура или Плесецка. Добравшись до корабля, они выжмут из него все возможное и невозможное. Чтобы достичь Марса раньше, нам придется тоже совершать невозможное. Если они нас нагонят на полпути – не успеем даже помолиться. На «Конкистадоре» стоят промышленные лазеры и четыре ядерные боеголовки по десять мегатонн…