На меня обрушился поток фотографий Мэдди и Сета. Вчера вечером они ходили в Аквариум Сиэтла и много фотографировались со всякими тупиками, кальмарами и другой морской живностью. Последней каплей стало то, что они взяли с собой племянниц Сета. У Сета пять прелестных белокурых племяшек в возрасте от четырех до четырнадцати, я их просто обожаю, но, расставшись с Сетом, я не могу общаться и с ними. Девчушки выглядели счастливыми, и я подумала, помнят ли они меня вообще. Хотя нет, конечно, они меня помнили, не так уж давно это было. Но я знала, что постепенно они будут забывать меня, пока я не превращусь в полустершееся воспоминание о «дядиной бывшей девушке».

Я закрыла ноут и решительно отправилась в лобби-бар.

Для ужина еще рановато, поэтому в баре оказалось довольно безлюдно. Я села за столик рядом с телевизором и быстренько познакомилась с барменом. Три стопки водки — и вот я уже знакомлюсь с пожилой парой из Сан-Франциско и какими-то бизнесменами из Виннипега. Мы смеялись, вспоминая новый фильм, который недавно посмотрели, и тут телевизор вдруг перестал показывать матч по керлингу, на экране появилась заставка. Бармен жал на все кнопки пульта, но телевизор не включался.

— Да что ж это такое? — возмущался он.

Через минуту телевизор заработал, переключившись на другой канал, по которому показывали местные новости. Улыбка на лице у меня сразу же померкла, внутри все похолодело.

— О нет, — выдохнула я.

В новостях показывали прямое включение из Куин Элизабет Парк, еще одного роскошного района, где я подумывала прогуляться после Стэнли Парк. Интересно, если бы я все-таки пошла туда и застала их за этим грязным делом, удалось бы мне остановить их? Сегодня днем Армия Тьмы устроила там демонстрацию. Я насчитала около десяти человек, значит, они привлекли и не самых активных членов. Сектанты были одеты в рясы с капюшонами из дешевого черного и фиолетового бархата, но мне все же удалось узнать Эвана и Элисон. Некоторые держали плакаты с пентаграммами и разнообразными «слоганами зла», да еще и распевали какие-то невнятные песнопения. Кто-то воткнул в землю шест с огромной резиновой маской козы. Маска была не очень хорошо закреплена и висела криво, больше напоминая козу-мутанта, чем символ Сатаны. Затем камера показала собравшуюся вокруг толпу людей, а потом — полицию, прибывшую на место происшествия.

Я попросила бармена записать все на счет моего номера и бросилась к выходу, одновременно набирая Блейка.

— Блейк? Это Джорджина.

— Я знаю, знаю, — простонал он. — Мне только что рассказали.

— Что, черт побери, случилось? Ты же сказал, они ничего не сделают!

— Так кто ж их знал! — Он был искренне расстроен. — Я вышел с работы полчаса назад, даже не подозревал, что такое случится, честное слово. Они сами это все устроили. По-моему, кого-то арестовали, хотя Эван, Джой и Кристал вроде выкрутились.

Я вздохнула и отменила нашу встречу. Мне нужно было оценить масштабы ущерба, пока Седрик и его люди не накинулись на меня — а этого избежать, конечно, не удастся.

Я приехала домой к Эвану. Он открыл мне в рясе, но уже без капюшона, весь сияя от радости и возбуждения:

— Джорджина! Видела новости? Видела, что мы устроили?

— Да уж!

Я втолкнула его в дом, закрыв за собой дверь, пока нас не увидели соседи.

— Что случилось? Вы же пообещали ничего не предпринимать до следующей встречи! А как же привлекать новых людей на светлую… то есть на темную сторону?

До него наконец-то дошло, что я не разделяю его радости.

— А ты думаешь, мы не привлекли новых людей?

— Я думаю, что теперь вас все считают просто компанией фриков. А завтра в церквях начнут читать проповеди о том, как оставаться приверженцами истинной веры и хранить чистоту и так далее…

Эван разлегся на диване, он задумался, но был псе еще возбужден собственной выходкой.

— Да нет же, это было просто поразительно. Вот увидишь — результаты превзойдут все наши ожидания.

М-да, мои ожидания они уже превзошли, еще как…

— Что произошло? Почему вы решили сделать это? Вы давно планировали эту акцию?

— Нет. Решение было принято через пару часов после собрания.

— Но почему? — нетерпеливо спросила я еще раз.

— Ангел приказал нам сделать это.

— Но вы же обещали!

Он посмотрел на меня так, как будто я совсем сошла с ума.

— Нам приказал Ангел. Мы должны подчиняться ей.

Я уже собиралась сказать, что они полные идиоты, но вовремя сдержалась, подумав, что не стоит сразу поднимать его на смех.

— Подожди, ты хочешь сказать, Ангел действительно говорила с тобой?

— Ну конечно. А как мы еще могли бы узнать, чего она хочет?

Мне стало нехорошо. Они все время твердили, что поступают по воле Ангела. Я думала, они имеют в виду, что понимают, чего она хочет, как все религиозные фанатики, которые уверены, что им известна воля божества. Те же, кто осмеливается утверждать, что божество разговаривает с ними, обычно оказываются просто сумасшедшими.

— Она что, явилась тебе во сне?