– К багьегу, г-спода! – сказал он, насмешливо грассируя, и Петр приостановился, огляделся растерянно, словно не сознавал, что делал.

– Может быть, стоит вспомнить, что во время лесного пожара даже лев не заедает лань, оказавшуюся с ним на одном островке безопасности!

– Ой, знаю чудный анекдот про львов! – вмешалась Ирина, которую почему-то до дрожи в коленках напугали эти синие, каленые искорки в Сергеевых глазах. – Разговаривают два льва в саванне: «Как надоели эти „новые русские“! Ездят на джипах, матерятся, пьянствуют…» – «И сотовый потом в животе звонит…»

Петр фыркнул.

– Умная женщина – это сокровище, – ласково сказал Павел. – Подарок судьбы! Награда за особые заслуги! Так что, г-спода, давайте дружно посмеемся и оставим ваши счеты на потом.

Петр как-то сразу остыл, да и с лица Сергея слиняло это напряженное выражение.

– Да какие счеты, – буркнули хором, одновременно сделав по шагу назад.

Маришка облегченно вздохнула.

– Ладно, командор, – сказал Сергей почти дружелюбно. – Руководите. Нам по росту построиться или как?

– Ничего такого особенного я руководить не буду, – пробормотал Петр. – Но элементарные вещи надо бы сделать. Отрыть минерализованную полосу, это как минимум, а потом, если ветер не утихнет…

– А что, есть шанс, что он утихнет? – перебил Павел.

– Ну, к вечеру всегда меньше дует, вы, наверное, и сами замечали.

– То есть огонь может остановиться сам?

Петр вскинул голову и оглядел всех с выражением странной ярости в глазах:

– Этого зверя теперь никакая сила не остановит. Только такой же зверь, как он сам.

– Значит, все-таки встречный пал, – кивнул Павел. – Нервных и женщин просят удалиться. Каковы наши дальнейшие действия?

Петр сильно потер ладонью лицо. Ирина вспомнила, что он не выспался, и тотчас же ей вдруг отчаянно захотелось спать. А вот это вряд ли, как говорит Сергей!

– Ищем лопаты, на расстоянии метров двести от деревни по периметру копаем землю, – сказал Петр.

– Траншея или вал? – деловито спросил Павел.

– Никаких валов и траншей – просто снимаем дернину по ширине полтора-два метра.

– Это какое же примерно расстояние? – поинтересовался Сергей как бы у окружающего пространства. – Километра два, три? Всю деревню окопать? А пупки не развяжутся?

Петр опять рванулся было к нему, но сдержался и ответил предельно спокойно:

– Не так уж и много, какой-то километр. С одной стороны подходит болото, не забывайте. Оттуда опасности нет. Зато налицо участок сосняка, который вдается чуть ли не в улицу, и вот тут-то нам придется изрядно попотеть.

Маришка взвизгнула.

Все посмотрели на нее. Маришка стояла, вытаращив глаза, и тыкала пальцем куда-то вперед.

Оглянулись.

По деревенской улице шатко брела какая-то бесформенная фигура. Остановилась в нескольких шагах, свесив руки и опустив голову.

– Виталя?! – недоверчиво молвила Ирина. – Откуда ты взялся? А где Змей?

– А где мой «Москвич»? – подал голос Петр.

– Что, твой кореш выкинул тебя, да? – усмехнулся Сергей. – Боливар не вывезет двоих?

Виталя с трудом поднял голову и посмотрел на всех усталыми голубыми глазами в покрасневших, распухших веках. И только теперь Ирина заметила, что он весь в ссадинах и синяках, одежда изорвана, перепачкана и опалена.

– Змей погиб! – выдавил Виталя и сгорбился, глуша всхлипывания, от которых вдруг задрожали его могучие плечи.

– Да не гони так! – буркнул Виталя. – Развалится эта таратайка, что будем делать? Придурки, не могли приехать опять на джипе, козлы!

Змей не поддержал шутку; вообще ничего не ответил, припав к рулю грудью и вглядываясь вперед так напряженно, словно вел машину в темноте.

Виталя скептически покосился на приятеля. Почему-то он всегда считал Змея страшно крутым, а вот уже который раз за последние сутки тот предстает перед ним настоящим слабаком. В первый раз – когда свалился чуть не бездыханным в драке на дороге. Потом ночью, когда драпанул в подвал, а потом через забор при первых же признаках опасности, оставив Виталю защищать базу.

А он что, больной, жизнь свою отдавать ради этого старого сарая? Конечно, если бы ночные гости полезли в тайник, еще можно было как-то пошевелиться, но, с другой стороны, что он мог один против пятерых? К счастью, им нужны были только люди, а не то, что они стерегли. Змей клялся, что своими ушами слышал слова их главаря: «У меня приказ очистить базу!» Интересно бы знать, кто отдал такой приказ и почему? Ох, добрался бы до него Виталя, ох, завязал бы его морским узлом! Хотя если на них и правда Псих наехал, то скорее сам в узел завяжешься, только бы с ним не встретиться. Виталя всякого, конечно, в жизни навидался, но принципиально старался избегать мокрых дел. На это всегда находились другие люди. А у Психа, говорят, вообще не мокрых дел не бывает. Он всегда оставляет трупы, даже если есть возможность сделать дело тихо и спокойно. С другой стороны, самый тихий и спокойный человек – мертвый, это уж наукой доказано. И самый молчаливый свидетель – тоже…