– Привет, Тони! – Женщина пересекла тускло освещенный холл и, подойдя к гостю, поцеловала его в щеку. – Как поживаешь, дорогой? – спросила она, коснувшись пальцами своей бриллиантовой удавки.

– Интенсивно, – ответил генерал, высвобождая руки из рукавов цивильного пальто, которое уже придерживала прислуга в форменном платье.

Он взглянул на девушку: новенькая, очень мила. Женщина в шелковом платье перехватила его взгляд.

– Она не подходит тебе, дорогой, – пояснила хозяйка, беря гостя под руку. – Может быть, через месяц или два… Пойдем посмотрим, что можно сделать, чтобы ты расслабился. У нас есть все, что тебе необходимо: самый лучший гашиш из Анкары, прекрасный абсент из Марселя и многое другое, что заказал врач по нашему специальному каталогу. Кстати, дорогой, как твоя жена?

– Живет напряженной жизнью. Она шлет тебе наилучшие пожелания, – спокойно ответил генерал.

– Передай ей мою любовь, дорогой.

Они прошли через арочный проем в большую комнату с мягким цветным освещением из невидимого источника. Радужные кольца голубых, розовых, желтых световых пятен блуждали на потолке. Женщина заговорила опять:

– Здесь есть одна девочка, которую я собираюсь свести с тобой и с твоей всегдашней партнершей. Представь, у нее специальная выучка, как раз то, что нам нужно. Я прямо не поверила, когда беседовала с ней, это невероятно. Я раздобыла ее в Афинах. Ты будешь боготворить ее.

Энтони Блэкборн, нагой, лежал на огромной кровати. Крошечные световые зайчики постреливали с голубоватой зеркальной поверхности потолка. В полумраке комнаты курился легкий аромат гашиша, смешиваясь с полынным запахом абсента, налитого в три рюмки, стоявшие на столике возле кровати. Обнаженное тело генерала было разрисовано акварелью: кружочки, линии, цветные отпечатки пальцев – пестрые следы массажных пассов и ласк. Клиент постанывал, запрокидывая голову, млел и трепетал от возбуждения, а две голые напарницы, сменяясь, делали свое дело.

Одна, помогая генералу, ловко манипулировала рукой, издавала в такт притворные стоны блаженства, вскрикивая и шумно дыша, изображала наслаждение. Другая, припав грудью к лицу гостя, нашептывала нечто страстное по-гречески, ласкающими телодвижениями услаждала закрывший глаза, забывшийся в наслаждении объект своих стараний, умело приближая желанный результат. Вот она переместилась вдоль лежащего тела, потянулась за рюмкой и, поддерживая голову генерала, влила ему в раскрытые губы густой пахучий напиток. Затем соскользнула с кровати, жестом дав понять напарнице, что собирается в ванную. Та понимающе кивнула и, продолжая работать правой рукой, свободной левой нащупала и принялась ласкать губы клиента, пытаясь попасть нежными пальчиками в его рот и создавая эффект присутствия отлучившейся подруги.

Гречанка тем временем скрылась в ванной. Стоны сладостного изнеможения все громче раздавались в комнате – генерал был близок к вожделенной цели.

Прошло секунд тридцать, и девушка появилась в проеме двери, но уже не голышом. На ней было теперь твидовое темное пальто с капюшоном, скрывавшим ее роскошные, каштановые с рыжиной волосы. Секунду она стояла неподвижно в полумраке комнаты, а затем подошла к ближайшему окну и бесшумно раздвинула тяжелые портьеры.

Звон разбитого стекла наполнил пространство, порыв ветра взметнул штору. Силуэт широкоплечего коренастого мужчины высветился в проеме окна. Неизвестный взломал раму и впрыгнул в комнату. Он был в лыжных очках и с оружием в руке.

Девушка на кровати мгновенно обернулась и пронзительно закричала, когда убийца направил дуло на постель и нажал на спуск. Выстрел был беззвучным, в полной тишине девушка повалилась на непристойно разрисованное тело Энтони Блэкборна. Пришелец подошел к кровати. Генерал поднял голову, стараясь сквозь наркотический дурман разобраться в происходящем. Взор его блуждал, в горле клокотали нечленораздельные звуки. Убийца выстрелил еще раз, а затем еще и еще, всаживая пули в шею, грудь, пах; потоки крови смешивались с глянцевой краской… Незнакомец кивнул девушке из Афин. Та подскочила к двери, распахнула ее и проговорила по-гречески:

– Она внизу, в комнате с мерцающим освещением. На ней длинное красное платье и бриллиантовое ожерелье.

Мужчина кивнул опять, и они оба бросились в коридор.

Мысли майора неожиданно были прерваны звуками, раздававшимися, как ему показалось, в особняке. Он вслушивался, затаив дыхание.

Вроде бы визг какой-то… Да, крик и визги… Кто-то пронзительно кричал в доме.

Он посмотрел на темное здание. В это мгновение тяжелая дверь распахнулась, две фигуры вылетели и промчались вниз по лестнице. Мужчина и женщина! И тут он заметил нечто. У него похолодело в желудке, словно от резкой боли: мужчина, спешивший прочь, на бегу запихивал за пояс оружие.

– О боже!..

Майор сунул руку под сиденье, выхватил автоматическую винтовку и выпрыгнул из машины. Он взбежал по ступеням и оказался в холле. Крики множились, нарастали. В помещении за арочным проемом была беготня, кто-то спешил вверх по лестнице, какие-то люди сыпались вниз. Он добрался до большой комнаты с мерцающим освещением. На полу лежала худенькая женщина с ожерельем на шее. Ее лоб представлял сплошное кровавое месиво. Она была убита…

– Где он? – завопил майор.

– Наверху! – прокричала в ответ какая-то девушка, забившаяся в угол.