Ардер. Вечнолесье. Окрестности Даль-Тименора.

Солнце медленно закатывалось за вершины исполинских отиандров. Магическая дымка, плавающая в воздухе зачарованных пущ, преломляла лучи дневного светила и меняла их окраску, превращая закат в нечто феерическое. Корн Деланналь, стоя на балконе своего замка, с грустью смотрел на эту потрясающую картину. И грусть его была вполне понятна: вряд ли в ближайшем будущем ему придется наблюдать подобное. Завтра он покидает Вечнолесье. Покидает надолго… если не навсегда. Последнюю мысль он постоянно гнал от себя прочь, но она упрямо возвращалась. Эммелия подошла к нему сзади, нежно обняла и положила подбородок на плечо супругу.

– Восхитительно, правда? – тихо спросил Корн.

– Обычно, да, – ответила она, – но сегодня в этом закате мне чудится цвет крови.

Эльф чуть отстранил ее от себя:

– Ради Создателя, Эммелия, не делай расставание еще более тяжелым!

– Но почему – ты, Корн? Почему именно тебе поручили возглавить этот экспедиционный корпус? В гвардии полно молодых честолюбцев, жаждущих славы и не имеющих семей. Они были бы просто счастливы оказаться на твоем месте!

– Приказы короля не обсуждают, Эммелия. Экспедиции в поддержку эдемитов в Пандемониуме он придает очень большое значение и хочет видеть ее главой испытанного полководца, которому может доверять. То, что он выбрал меня – большая честь, и отказаться я не могу. Поверь, мне безумно не хочется расставаться с тобой, но долг зовет меня, как ни высокопарно это звучит!

– Долг? – с горечью переспросила она. – А как насчет долга перед семьей? Война стоит у наших границ, Корн! Не сегодня, так завтра войска нежити вторгнутся в Вечнолесье и вскоре, возможно, будут штурмовать наш замок! А ты будешь далеко отсюда, рисковать жизнью ради спасения чужого мира!

Взгляд Корна стал холодным:

– Прости, Эммелия, но сейчас ты говоришь как дроу. Они возвели эгоизм в абсолют. Не надо уподобляться им! Пандемониум – не чужой нам мир. Нравится тебе или нет, но наши миры слишком тесно связаны. Мы – практически одно целое! И сейчас жители Пандемониума, среди которых много наших собратьев, стоят на пути чудовищного зла, которое рвется к нашим границам. Мы просто обязаны им помочь!

На глазах эльфийки выступили слезы:

– Прости меня, Корн! Я сама не знаю, что говорю. Но я так не хочу отпускать тебя, потому что могу никогда больше не увидеть! Ты же знаешь, у меня есть некоторые способности к предсказанию будущего… Я чувствую, на твоем пути стоит зловещая тень и боюсь, что это смерть!

Корн обнял ее:

– Не надо, милая! Даже предсказания уллов не всегда сбываются. Все будет хорошо, верь мне!

Она подняла к нему заплаканное лицо:

– Никогда еще так не хотела ошибиться, как сейчас!

– Ты никуда не годный предсказатель, Эммелия Бланнард, – нежно улыбаясь, промолвил Корн и поцеловал ее.

– И с чего я взяла, что у меня вообще есть эти способности? – сказала она, с жаром целуя его в ответ.

Супруги покинули балкон и, обнявшись, двинулись по направлению к спальне, не ведая, что в эти самые мгновения в пятидесяти милях к югу от их замка предсказание Эммелии начало сбываться…

Ардер. Вечнолесье. К югу от Даль-Тименора

Ровэн Бланнард шагнул в зачарованный лес через окно бурлящей Тьмы, как только погасли последние лучи фантастического вечнолесского заката. Он огляделся и посторонился, пропуская следующие за ним легионы нежити, которые нескончаемым серым потоком хлынули в Вечнолесье. Магическая дымка, без которой этот мир так же трудно себе представить, как вершины Гималаев без снега, отхлынула в сторону. Казалось, само существо леса скорчилось в судороге страха перед жутким инородным телом, вонзившимся в его плоть. Зло пришло в Вечнолесье. Пришло, чтобы убить его душу – то, что не смогли сделать даже орочьи орды, дважды вторгавшиеся в эльфийские зачарованные пущи. Лес чувствовал свою грядущую смерть, но не хотел и не мог с ней смириться.

Дымка сгустилась, и вдруг, неведомо откуда, возникла туча ветвей, листьев, сорванной травы. Все это имело острые, как у бритвы, края. Магия леса собрала свое оружие в кулак и с силой ураганного ветра швырнула его в захватчиков… Но те оказались готовы. Первыми через темный портал прошли личи и пустотники. Их защитное поле встало на пути овеществленной ярости эльфийского леса и не позволило ей смести армию Серых Пределов. Однако, зеленый ураган не прекращался. Силы у леса было немерено, и вся она была направлена сейчас против нежити. Рано или поздно силы личей и пустотников должны были истощиться, но бой не превратился в испытание на выносливость, ибо уже через пять минут после начала неистовой атаки леса окно Тьмы вдруг резким импульсом расширилось и выплюнуло первый сгусток свинцово-серой мглы, устремившейся к небу. За первым сгустком последовал второй, третий, а потом это стало непрерывным потоком серой хмари, извергающейся из темного портала подобно дыму из фабричной трубы. Мгла стала заполнять небо, формируя облачный фронт, и атака леса вдруг прекратилась. Эта зона уже не принадлежала Вечнолесью, постепенно превращаясь в сектор Серых Пределов. Магия леса была бессильна в этой расширяющейся мертвой зоне.

Ровэн улыбнулся: все шло по разработанному им плану. Он знал этот мир, ибо сам был отсюда родом. Когда-то давно он отправился на прогулку вместе с супругой, и с той поры никто в Вечнолесье их не видел… до настоящего времени, когда он вернулся в свои родные леса во главе армии нежити как завоеватель. Он отдал короткую команду, и войска Серых Пределов стремительным маршем по замершему от невыразимого ужаса лесу двинулись на север – к Даль-Тименору.

Дроуланд. Вечнолесье