В темноте коридора появилось две фигуры, оба в синих комбезах, один из бойцов нес на плече девушку в таком же костюме. Тот, что был налегке, жестом приказал другому продолжать движение, а сам зашел в комнату. Переступив горку трупов, он протиснулся между четырьмя неподвижно стоящими мутантами, отодвинул в сторону того, что держал ходока.

— А я-то думал ты умней. Видно ошибся я в легендарном Меченом. Или в Стрелке? Хотя какая разница? — говорил Вознесенец, снимая с пленного погнутый шлем. — Или скажешь у тебя не было выбора? Хе-хе. Он есть всегда. Хозяин Зоны, блин…

Вознесенец достал из кармана инъектор, вставил в него какую-то колбочку, поднес к шеи сталкера.

— Поспи немного, через пятнадцать-двадцать минут очнешься. — Вколов содержимое, и убрав инъектор в карман, Вознесенец снял со сталкера все оружие, рюкзак, отстегнул разгрузку и подсумки, затем взвалил "тело" на плечо и пошел вслед за первым бойцом.

Конструкторы недовольно зарычали, но больше ничего делать не спешили, только проводили голодными взглядами удаляющуюся жертву, вновь стали невидимыми и пошли дальше спать на ходу.

— Мира! — Крикнул Харон, когда все поднялись наверх. — Эти мрази её унесли…

— С чего ты взял? — спокойно спросил Череп.

— А с чего вашу мать я могу это взять? — Сорвался сталкер, нервно пошарил по разгрузке, схватил заряд VOG, грубо и неаккуратно забросил его в подствольник. — Назад все отошли!

Что мы знаем об СССР? Что там носили обувь и одежду только двух фабрик, что там не было секса, что, не смотря на все лишения народа, жестокую диктатуру, расстрелы и ссылки, это была самая великая держава. Что тогда был великий патриотический подъем, и что тогда все делали на совесть. Так вот о производстве "на совесть" — в этом можете не сомневаться. Тогда действительно все делали очень качественно, и я не только об оружии и сейфах, двери тоже делали на славу. Взрыв подствольной гранаты, начисто снес кодовую панель, но самой двери только подпортил обшивку. Второй заряд начал совершать некий прогресс — пробил слой верхней и средней обшивки. Сердцевина из сплошного противоударного металла лишь немного прогнулась. Стены дрожали, с потолка сыпалась штукатурка, чтобы удержаться на ногах, приходилось прилагать немало усилий, ударная волна в столь небольшом помещении была зверской, в ушах у сталкеров звенели колокольчики, бетонные и металлические осколки, то и дело ударялись о бронекостюмы, но Харон не замечал этого.

— Он чокнулся. — Констатировал Череп. Стил ничего не ответил.

— Бей в петли. — Стил крикнул Харону и указал на петли бронедвери.

Сталкер еле заметно двинул головой, это можно было расценивать, как "понял". Харон зарядил очередную гранату, нажал на спуск. На этот раз заряд не попал точно в цель, но верхняя петля вышла из пазов. Еще три выстрела — последние, что были у ходока — сорвали петли, запорный механизм развалился на части, и искалеченное чудо тяжелой советской промышленности упало.

— Другое дело. — Стил пошел вперед, но Харон его опередил.

— Теперь я вам за все отомщу… — прохрипел он.

Пат покачал головой. Череп на этот раз оставил реплику монолитовца без комментариев.

Харон вошел внутрь хорошо знакомого ему помещения, подвесил "Гром" на пояс, взял в руки гаусс. Со стороны он выглядел, как терминатор. До этого столько оружия он никогда не брал. Было откровенно неудобно.

— Пат, на, держи. — Ходок отдал автомат, и патронташ с ААГ.

— Не удобно мне с ним, с "Калашниковым" легче. — Сказал "белый", но все же принял снаряжение. Харон ничего не ответил, Пат и без того понял, что ему все-таки придется поработать с "Громом", от этого зависит их безопасность, а возможно и жизни.

Но, пожалуй, он не думал, что им придется воспользоваться так рано. Харон, только в его руках появилась электромагнитная винтовка, сразу же выстрелил в непонятную тень. Брызнул фонтан крови, и перед ходоками появился Конструктор с оторванной по плечо рукой. Он еще не успел понять, что произошло, как второй выстрел отделил его голову от туловища. Монстр не успел отклонить энергетический пучок. Во вспышках света, производимых гаусс-орудием, искажалась видимость и в привычных для сталкера очертаниях Саркофага, проступали совершенно незнакомые. Все остальные тоже это заметили, но списали это на обман зрения. В коридоре разом померкли тени, вместо них появились мутанты. Первую тройку ходоки уложили без помощи ААГ, долговцы и Пат огнем притормаживали их, а Харон сносил головы.

"Теперь вы не такие живучие как тогда! А получай мразь! Вы мне за все ответите!"

Дальше все стало намного сложней. У Харона закончился заряд в энергоемкости, а остальные, хоть и дробили монстрам черепа бронебойными пулями, не могли остановить наступление. Очередной Конструктор вынырнул из-за угла и выбил из рук монолитовца гаусс, практически сразу за это получил мощный удар в морду, захрустели кости. Череп оттолкнул Харона в сторону, и выпустил в голову мутанта последние двадцать патрон в ленте. Голову порвало в лоскуты, и обезглавленное тело рухнуло на землю.

Череп отошел назад перезаряжать пулемет. Вперед вышел Стил и Пат. "Белый" делал залп из подствольника, а долговец короткими очередями добивал тварей. Харон не стал поднимать гаусс, наоборот он ногой откинул его подальше, затем разбросал вокруг него энергоемкости, зашвырнул подальше в коридор подсумки с трухой, в кою превратились артефакты после первого залпа Пата, взял в руки ствол огнемета, и открыв клапан нажал на спуск. Огонь моментально захватил близлежащее пространство, окутав пламенем четырех Конструкторов, остальные твари в ужасе шарахнулись в разные стороны, огня они боялись больше чем чего-либо еще. Это было приятным сюрпризом для всех, как и то, что попавшие под него монстры уже склеили ласты.