– Нет, - женщина, кажется, была недовольна.
– Я никогда не бывала в этом Доме, господин Грамон. Впрочем, вы кажется спешите повидать кюре Гео - он в храме. Так что проваливайте.

– Да ты не так ласкова, старушка, как мне показалось, - укоризненно покачал головой коротышка и вошел в церковь.
– "Проваливай..." Королева какая нашлась.

– Тише...
– вместо приветствия шикнул на него старый кюре и глазами показал на нескольких прихожан у алтаря.
– Идемте со мной.

За те несколько шагов, что Хью пришлось сделать, чтобы оказаться во внутренних помещениях церкви, он успел понять, с кем так невежливо поговорил. Сперва ему захотелось расхохотаться, но вспомнив, что Его Величество, вполне возможно, жив и здоров, коротышка решил погодить со смехом.

– Наследник тоже здесь?
– деловито спросил он кюре.
– И вы не боитесь вот так выставлять королеву Диас на всеобщее обозрение? Ведь если хоть кто-нибудь ее узнает...

– До сих пор никто не узнал, - пожал плечами кюре.
– Признаться, я удивлен, как вам это удалось... Да, и наследники здесь. Я говорю вам это, как другу лойнанта Лоу, который после падения Дворца взял на себя заботы о высочайшей семье.

"Скрытная гадина," - подумал Хью о старом друге, но вслух предпочел поинтересоваться:

– Кстати, где он сам?

– Отправился проверить кое-какие слухи, обещал быть на днях. Кстати, сегодня прибыло письмо от нашего общего знакомого, кюре Слима. На Мысу Вуду были гости.

– Какие?

– Безволосые, бледнокожие, в зеленых хламидах, и с ними еще нечеловеческого облика твари. Приплыли на черном корабле, но довольно скоро отплыли прочь, скорее всего, сюда, - старик улыбнулся и Хью прочел в его глазах: "Мне-то скоро помирать, а вот как вы дальше жить собираетесь?".
– Отобедаете с нами?

– Да... То есть нет, попросите у королевы Диас прощения от моего лица, - вспомнив крутой нрав королевы, Хью выбрал голод.
– Что же, в гавани не видели черного корабля?

– Видели несколько дней назад, тогда же Совет Кюре закрыл гавань. Туда больше ходу нет, там, говорят, зараза какая-то появилась. Карантин, - кюре продолжал улыбаться.
– И вот еще, господин Грамон: лойнант Лоу, кажется, вывел из дворца не только королевскую семью. Подробнее, к сожалению, сказать не могу. Знаю только, что это как-то связано с подвалами Тайной Службы.

Хью не нашелся, что ответить. Обычно именно он выступал в роли рыболова, закидывающего удочку, к другой роли коротышка не привык. Теперь же старик кюре прямо в глаза приказывал Хью посетить гавань и сожженный Дворец, чтобы раскрыть секрет лойнанта. По мнению Грамона, это было несколько слишком. На языке вертелся вопрос: а не имеет ли господин кюре Гео какого-либо отношения к так называемым "факельщикам"? Но время для него пока не настало. По крайней мере до тех пор, пока Хью не принес интересующей старика информации.

Не прощаясь, Грамон повернулся и вышел сперва в зал, затем на улицу. Пошел было назад той же дорогой, что и явился сюда, но вовремя заметил объемистый зад склонившейся над грядками королевы Диас, поэтому успел остановиться и едва ли не на цыпочках побежал в другую сторону.

Лишь отойдя от церкви на безопасное расстояние, Хью определился с целью. Следует идти к тому, что осталось от некогда величественного Дворца, такого знакомого, почти родного. Там наверняка можно осмотреться, а если точнее - взглянуть из верхних окон на лежащую внизу гавань. Больше ее ниоткуда так хорошо не видно, ни с Бахамского Храма, ни даже с крыши Дома Наслаждений. Вполне возможно что там, в башнях Дворца, он встретит врагов... Коротышка решительно направился к Королевской Горе, поправляя на боку меч. Вот только что-то он забыл, что-то очень важное...

Ах, да! Перекусить! И даже местечко имеется очень подходящее совсем неподалеку. Если, конечно, с заведением не случилось чего-то ужасного. Но в это Хью не хотел верить - ведь там ему остались должны, и он когда-то просил запомнить его в лицо. Он еще раз поправил перевязь и зашагал еще решительнее.

– Здравствуй, приятель!
– продавец был тот самый, Хью не сомневался. И сидел в той же позе, растекшись по складному стульчику возле выставленного у дверей подвальчика стола с напитками.

– Храни тебя Мать-Дева, - довольно нагло отозвался мужчина, даже не привстав.
– Что угодно?

– Мне угодно, чтобы ты, паршивец, обращался к дворянину на "вы"!
– взъярился Грамон.
– И еще мне угодно, чтобы ты соизволил вспомнить, что не так уж давно я, в страшной спешке, заскочил к тебе пропустить стаканчик и заплатил вперед, целый золотой. Пора рассчитаться.

– Что-то я не припоминаю, - нахмурился хозяин подвальчика, но все же встал.
– Да и... А что такое золотой? В наше-то время?