— Это только кажется, им здесь делать нечего, — попытался успокоить его Ферлин, однако и сам видел, что роботы движутся прямо на их жалкое укрытие.

Эта троица роботов-разведчиков заставила Ферлина с Джеком пережить несколько неприятных мгновений, пока наконец не сменила направление в каких-то тридцати метрах от укрытия.

В чем состоял смысл этого маневра, было непонятно, но резко взрыв песок опорами, роботы помчались к месту, где оставался сбитый Ферлином беспилотник.

— Уф… я думал все… — сказал Джек, снова вытирая вспотевшее и раскрасневшееся лицо. — Когда же мы побежим, Ферлин?

— Когда оставшиеся пехотинцы куда-нибудь уберутся.

— А если не уберутся?

— Уберутся. Обязательно уберутся, — не слишком уверенно произнес Ферлин.

Перед воротами дискорамы все еще болтались пятеро пехотинцев, которым, казалось, некуда было себя деть. Но вот по аппарелям сошел «берг», и солдаты двинулись в сторону лесистой дюны.

— Ну вот, я же говорил, — сказал Ферлин, комментируя эту смену, хотя неизвестно, что было хуже, пять пар человеческих глаз или специализированный блок разведки этого робота.

Ферлин оглянулся. Легкие роботы продолжали топтаться где-то возле беспилотника, передавая видео на борт дискорамы. Должно быть, какой-нибудь офицер там сейчас принимал информацию, а потом докладывал в центр о результатах.

Ферлин снова оглянулся, потом поднялся из-за кустов, внимательно глядя по сторонам. Единственный часовой — «берг» — был развернут в противоположную от них сторону, сейчас бы самое время перебежать к лесу, но неожиданно со стороны болота послышалась частая стрельба. Ферлин пригнулся и, осторожно выглянув в сторону разведчиков, увидел, что они увлеченно поливают болото огнем, вздымая фонтаны воды и заставляя раненых игуан бить хвостами.

Роботов подвело несовершенство настроек, а игуан — излишнее любопытство и наглость.

С дискорамы последовал приказ, огонь прекратился, пристыженные начальником роботы затрусили обратно. Как только они прошли укрытие беглецов, Ферлин толкнул компаньона в бок:

— Вставай, Джек, сейчас или никогда…

— Но этот, здоровый, он может нас увидеть!

— Нет, он стоит боком. И уж если на то пошло, нас и с дискорамы засечь могут, она тоже не слепая. Бежим, другого шанса может не подвернуться.

Вскочив с земли, они побежали вперед, огибая одинокие кустики и перепрыгивая через редкие валуны. Джек мчался, едва касаясь ногами земли и даже сам удивлялся тому, как ему это удавалось с тяжелым трофеем в заплечном мешке. Но думать было некогда, дыхание кончалось, а ноги немели от напряжения. Едва беглецы достигли лесистой дюны, как где-то впереди застучал пулемет.

Затем все стихло, больше никто не стрелял.

— В кого это они? — спросил Джек, с трудом переводя дух.

— Может, показалось чего, — пожал плечами Ферлин. — Или просто кусты проверять лень, вот и дали очередь на всякий случай.

— Значит, даже если они нас не увидят, то могут вот так запросто пристрелить на всякий случай?

— С нами этого не произойдет, — сказал Ферлин. — Пошли, нужно двигаться.

— Куда двигаться? — спросил Джек, поправив на плече мешок.

— Мы пойдем по обратной стороне дюны, чтобы нас не засекли роботы.

— Но тогда мы встретимся с теми, кто идет навстречу! — заметил Джек, торопливо шагая за компаньоном и стараясь на отставать на глубоком песке.

— Мы услышим их первыми и что-нибудь придумаем. Какой-нибудь фокус…

— Но Ферлин!

— Не ори, на дюне могут прятаться роботы.

— Но Ферлин, — перешел на шепот Джек, забегая вперед. — Может, тебе выдумать этот фокус заранее? И потом, как мы узнаем, что они идут и пора что-то предпринимать?

— Мы их услышим.

— А если они нас? — не сдавался Джек. Наткнувшись на куст, он едва не упал.

Ферлин остановился и, оглядевшись, сказал строгом голосом:

— Прекрати эту панику, иначе ты нас демаскируешь. Понял?

— Извини…

Они двинулись дальше. Джек попытался отвлечься, глядя на бабочек и летающих ящерок. Однако делать это, зная, что впереди караулят роботы, таинственная дискорама и целый отряд пехоты, было трудно, и вскоре Джека стали раздражать все эти бабочки, цветы и стрекозы. В сложившихся обстоятельствах они казались здесь неуместными.

То ли дело на родной пустоши, никаких тебе бабочек и стрекоз, только водяные мухи. Жестокие, кусачие, бескомпромиссные.

Опасность подгоняла компаньонов, и они двигались быстро, не боясь, что будут обнаружены по следам. Им помогало то, что по лесистой дюне ходило множество народу и она была порядком истоптана, а на сыпучем песке определить свежесть следов было невозможно.

Между тем пятеро пехотинцев уже вовсю орудовали на дюне, и беглецы их вскоре услышали. Солдаты шли, негромко переговариваясь, но, помня о вчерашней перестрелке, проявляли известную осторожность.