– Блеск!
– воскликнул техник-пилот и удовлетворенно потер руки.
– С первого захода - и прямо в яблочко. Примите мои поздравления, сэр. Вы удивительно точно рассчитали время прибытия.

Хейц самодовольно замурлыкал и стал вскрывать упаковку с чистыми стаканчиками. Достав один из них, налил себе кофе из термоса, отхлебнул немного, обжигаясь, и набросился на еду с долго сдерживаемым нетерпением. Ел он неряшливо, сопя и чавкая.

– Меня тревожит одно обстоятельство, шеф, - сказал Илар, вонзая молодые сильные зубы в сочный сэндвич.
– Как вы намерены попасть в город? Вас могут схватить на первом же посту. Неважно, чей это будет пост. Ахейцы задержат вас как троянского шпиона, троянцы - как лазутчика греков.

– Положимся на Господа Бога и людское простодушие, - спокойно произнес профессор, намазывая джем на очередной сэндвич.
– Эти люди как дети. Их легко обмануть, разжалобить, задобрить, удивить... наконец, запугать. А вообще-то, вряд ли их внимание привлечет жалкая личность странствующего торговца, почти что нищего. Ведь я поеду порожняком. Так, прихвачу кое-что для видимости. Остальной обменный товар вы перешлете мне, когда я буду в городе... э-э... какой-то странный вкус у этого бутерброда... С чем это он?

– С калифорнийскими анчоусами.

– Хм... То-то и чувствую, чего-то не хватает. Голубчик, подайте мне, пожалуйста, горчицы... Ну так на чем мы остановились?

– На сэндвичах.

– Да, бутерброды хороши!
– сказал ученый.
– Хотя на голодное брюхо я бы и с кошатиной съел... Но говорили-то мы о чем?

– Вы говорили о жалкой личности странствующего торговца в условиях военного времени, - сжалился техник-пилот над профессором.

– Да! Война, конечно, войной, но жизнь продолжается. Нищие, торговцы, пастухи, возчики дров и прочие в периоды затишья проникают в город и покидают его беспрепятственно. Осада города - да, но не блокада. Не те пока времена. Да и людей у противника маловато для полного контроля местности.

– Само собой, - согласился Илар, - иначе за девять лет войны жители Трои давно бы умерли от голода. Ведь, насколько я помню, в эпосе говорится о таком сроке осады?

Профессор усмехнулся и ответил с характерным для спеца уверенным тоном:

– Типичное для мифологии преувеличение. Я полагаю, вся компания заняла не больше года. Правда, мы еще не изучали эту эпоху тщательно, работы только начинаются... Но это и так понятно. Надо учитывать политическую ситуацию данного региона в это время.
– Профессор подул на кофе и сделал большой глоток, выкатив глаза.
– Троянское царство и прочие мелкие прибрежные образования находятся в полувассальной зависимости от мощной (пока еще) Хеттской державы, широко раскинувшейся на континенте. Гегемония хеттов не позволяет ахейцам долго засиживаться в этих местах. Им надо по-быстрому обтяпать свои делишки и сматывать удочки, пока их не смели в море хеттские войска...

Хейц покончил с бутербродами, налил себе еще из термоса. С шумом прихлебывая кофе, профессор вновь пустился в диссертацию о троянской войне, техник-пилот слушал уже в пол-уха.

– Конечно, хеттам, в свою очередь, тоже приходится считаться с сильным союзом ахейских государств: вести дипломатические переговоры, заключать временные союзы, но долго так продолжаться не может. Хетты могут выступить в любое время и под любым предлогом, которых всегда предостаточно.

– Считать месяц за год, когда находишься на чужбине, среди смертельных врагов - не слишком большое преувеличение, а, док?

– Возможно... кхе-кхе...- снисходительно согласился Хейц, наливая себе очередной стаканчик кофе, - Возвращаясь к вопросу о моей безопасности... Тут я надеюсь на главное обстоятельство, о котором я тебе забыл сказать. Судя по данным разведчиков, у них сейчас перемирие: хоронят павших героев...

– Ага, чтобы потом снова начать убивать.

– Да, к сожалению, таковы нравы Эпохи Войн. "Noc tempore" - Такие времена. Но к их чести надо сказать, что неписаные законы войны они соблюдают... за редким исключением. Насколько я понял из их разговоров, перемирие продлится двое суток. Надо полагать, в эти два дня ворота города будут стоять открытыми все светлое время суток. Мне вполне хватит этого срока и на сбор образцов материальной культуры троянцев и на ознакомление с их бытом. По-моему, риска никакого нет. До возобновления военных действий мне ничего не грозит.

– Послушайте, док, - сказал помощник, глядя на крошки, застрявшие в искусственной бороде Хейца.
– Даже во время перемирия они находятся на военном положении. А значит, возможны любые эксцессы. Зачем вам вообще рисковать жизнью из-за каких-то горшков, хотя бы и троянских, когда с этой работой справится робот-разведчик. Хотите, я сейчас запущу парочку, и они приволокут вам все, что вы пожелаете. Правда, грузоподъемность у них не ахти какая... но ведь нам спешить некуда.

– Вот что я вам скажу, юноша, - нахмурился Хейц, подобно Зевсу-Громовержцу.
– Во-первых: "троянские горшки", как вы изволили выразиться, не ерунда, а бесценные реликты эпохи; и вам, кадровому сотруднику ЦИТИ, хотя бы и технику-пилоту, следует с большим пиететом относиться к нашей работе...

А во-вторых: то, что вы предлагаете, на юридическом языке называется КРАЖЕЙ. Или попросту - воровством.

– Уважаемый профессор, как же это?..

– А вот так. Вы предлагаете мне украсть - пусть даже из благородных побуждений, - но стащить, стибрить, слямзить, спиз... entschuldigen Sie [простите (нем.)]... Короче, это гадко. Воровство во все времена считалось позорным занятием. Мы с вами цивилизованные люди и должны уважать законы, где бы мы ни находились.

– Хм... мне никогда бы в голову не пришло взглянуть на эту проблему под таким углом...