— Это делали и папа с дедушкой, — подтвердила Джудит.

Я посмотрел на нее:

— Джудит, твой отец был в Миссури в семьдесят первом? Значит, он или кто-то из твоих родственников встретил Шарпа, который и рассказал ему какую-то историю. Вот тебе и связь.

— Не знаю, — с сомнением пожала она плечами. — Я тогда была совсем маленькой. Кажется, в тот год или на следующий мы действительно путешествовали по Миссури, но я не обращала внимания на даты: семья все время переезжала с места на место.

Той ночью мы разбили лагерь в лесу под благоухающими соснами и приготовили оленину, добытую днем. Ужин удался на славу, мы допоздна засиделись у костра, рассказывая разные истории и вспоминая былое. Галлоуэй уговорил меня спеть пару песен. Парни с гор любят петь. Особенно те, чьи предки, как наши, приехали сюда из Уэльса.

Я никогда не забуду эту прекрасную ночь. На какое-то время мы почувствовали себя в безопасности. Но, конечно, не забывали о бдительности. Периодически кто-нибудь из нас обходил лагерь и прислушивался к звукам леса.

На следующее утро наш путь лежал вниз, в долину. Мы решили поговорить с Томом Шарпом. Кэп знал его, а тот считался другом Костелло. Возможно, Шарп что-то объяснит нам?

Но я нервничал, а из головы у меня не шла Джудит. Если едешь туда, где тебя ждет перестрелка, увещевал я себя, лучше думать о враге, который тебя ждет, а не страдать, глядя на хорошенькое личико и пухлые губки.

Когда мы опять столкнемся с Фетченами, бандиты будут драться до конца. С большими трудностями они наконец добрались туда, куда хотели, а мы вновь встаем у них на дороге. Нас было слишком мало, и помощи ждать неоткуда.

Кэп махнул рукой в сторону западных гор.

— Вон там не так давно мы с Теллем Сэкеттом устроили шуму. Можете мне поверить, в тех местах известно имя Сэкеттов.

Еще в Моголлонах я слышал о Телле и его подвигах. Нас, Сэкеттов, знали везде в основном благодаря тому, что мы умели драться. Исключение составляли Тайрел, который стал владельцем богатого ранчо, да Оррин, ударившийся в политику. Пора бы и кому-то из нас сделать что-нибудь полезное. Хотелось, чтобы нас уважали не только за умение владеть оружием.

Что может ждать человека, идущего по дороге насилия? В лучшем случае — безымянная могила.

Том Шарп оказался очень приятным человеком лет сорока. С таким не страшно переплывать глубокую реку. Во время Гражданской войны получил ранение. Приехал на Запад, стал поставлять мясо лагерям старателей, рубил деревья для телеграфных столбов по контракту с железной дорогой «Юнион пасифик». Наконец, проехал по старой тропе ютов до Уэрфано-Ривер и открыл в долине факторию в большом глинобитном доме.

Собрав табун, тут же начал улучшать породу своих лошадей и скота, завозя племенной материал из Штатов. Он прибыл на Запад не ради того, чтобы разбогатеть и убраться восвояси. Рассчитывал здесь жить и строить. Вокруг его фактории выросло поселение Мэлекайт.

Когда мы достигли фактории, он вышел на крыльцо встретить нас. Мне хватило одного взгляда, чтобы определить, что Том Шарп не станет терпеть несправедливость и уж конечно не станет водить дружбу с типами, подобными Черному Фетчену.

— Мистер Шарп? — спросил я и представился: — Меня зовут Флэган Сэкетт, а это мой брат Галлоуэй и наш друг Кэп Раунтри. Молодая леди — Джудит Костелло.

Мне хотелось, чтобы Шарп сразу узнал, кто мы такие, потому что, когда в округе появляется группа чужаков, люди не слишком склонны им доверять.

На меня он не обратил внимания, а внимательно смотрел на Джудит, и я его не виню.

— Как поживаете, Джудит? Ваш отец мне о вас рассказывал.

— С ним все в порядке? — взволнованно спросила девушка. — Мы о нем слышали странные вещи...

— Примерно месяц назад, когда я видел его в последний раз, он чувствовал себя отлично. Спешивайтесь, проходите в дом. Жена обязательно захочет с вами поболтать, да и вам не помешает перекусить.

Кэп, Галлоуэй и Джудит вошли в дом, а я отвел лошадей напиться. Через несколько минут глянуть на них вышел Том Шарп.

— Отличные лошади, — заметил он. — Они принадлежат Костелло?

— Да. Мы взялись доставить Джудит к отцу, но по дороге у нас возникли неприятности. С Фетченами.

— Слыхал о них, — нахмурился Шарп. — Ни один человек не скажет об этой шайке доброго слова. Они тут давно крутятся.