– А пайки в аварийном НЗ? – вспомнил пилот.– Там-то нормальная еда… Или,– с подозрением добавил он,– ты их тоже все на корм сменял?!

– Нет. На три дня оставил,– «успокоил» его Сакаи.

– А что бы мы жрали, если бы куры перестали нестись или передохли?

Роджер задумчиво посмотрел на коробку. Команда дружно содрогнулась. Яйца действительно были не худшим вариантом.

– А у биологов были печеньки,– мечтательно проворковала Мисс Отвертка,– и бутерброды разные.

Пилот громко сглотнул.

– Винни прав: надо брать их базу штурмом! – Навигатор запальчиво схватил со стола вилку, спохватился и поменял ее на нож.– И поскорее!

– Вот только за еду мы еще не грабили! – с чувством сказал Роджер.– Сделаем проще. До местного океана полчаса лету на катере. Даже если здешние морепродукты ядовитее рыбы фугу и анализатор это не определит, я хоть на нормально выглядящую еду полюбуюсь перед смертью.

– Ты будешь сам готовить? – поразился Винни.– Кэп, но ты же ненавидишь стоять у плиты!

– Ненавижу,– подтвердил капитан, отодвигая так и не начатый омлет и поднимаясь из-за стола.– Но блюда из яиц я теперь ненавижу еще больше.

Как ни странно, проснулся Станислав в самом бодром и деятельном настроении. То ли вчерашние гости (чудаковатые, но приятные) отвлекли, то ли ночная встряска заставила собраться и вспомнить боевое прошлое, но о киборге капитан думал уже не с содроганием, а с охотничьим азартом.

Начать Станислав решил с самого простого и доступного: проверки документов. Увы, доступа к инфранету, чтобы отправить нужному человечку семь (в себе и Веньке капитан, разумеется, и так не сомневался) запросов, у него не было. Но можно хотя бы просмотреть паспортные карточки. Эх, сюда бы опытного полицейского – тот с ходу, по мельчайшим приметам отличил бы настоящую от поддельной. Но где ж его взять на необитаемой планете? Одни геологи кругом…

Первым капитану под руку попался Теодор. Точнее, не смог не попасться, ибо, как обычно, затмевал всех остальных, громко рассказывая не очень приличный, но жутко смешной анекдот.

– Карточка? – удивился и почему-то замялся пилот, под каким-то предлогом заманенный в угол.– А зачем?

– Данные со вбитыми в контракт сличить,– выкрутился Станислав.

– Я свой экземпляр сличал, все правильно.

Под суровым капитанским взглядом пилот смутился, виновато кашлянул и с неохотой вытащил документ из нагрудного кармашка.

Развернув карточку к себе, капитан вздрогнул. Похоже, удача улыбнулась ему с первой попытки. С фотографии зверски скалилось нечто, совпадающее с Теодором только банданой.

– А это что такое?!

– Борода,– гордо ответил парень.– Год растил! Правда, мне идет?

Станислав подумал, что при виде такого клиента сотрудники фотоателье дружно подняли руки, а кассирша принялась торопливо складывать в мешок все мало-мальски ценное. Широкая улыбка не улучшала впечатление, а убеждала, что за пазухой у этого типа спрятан портативный гранатомет.

– Почему тогда сбрил?

– Ай,– отмахнулся пилот, пытаясь забрать у капитана карточку, но тот держал крепко,– девушку завел.

– И борода ей не понравилась? – Как Станислав ее понимал!

– Нет, наоборот! Повадилась за нее дергать в порыве страсти, чуть скальп с подбородка не сняла.– Теодор снова попытался завладеть карточкой, и капитан наконец понял почему: в левом нижнем углу стояла маленькая желтая «решетка». Напечатанная возле нее дата давно миновала, но Станислав все равно строго осведомился:

– Это за что?

Парень приуныл: «Все-таки заметили!»

– А, так, по дурости,– нехотя пробормотал он.– Связался с одной компанией, ну и впаяли год условно… Но это давно было, и с тех пор ни-ни!

Станислав еще несколько минут дотошно изучал карточку, только что не попробовав ее на зуб, но больше придраться было не к чему.

– А данные списать? – удивился пилот, застегивая карман.

– Я запомнил,– досадливо буркнул капитан.

Следующей Станислав изловил Полину. Девушка, не заподозрив подвоха, долго рылась в увешанном фенечками рюкзачке, но все-таки сумела откопать в ее залежах («Ой, зеленая помада нашлась! А я-то ее уже оплакала!») закатанную в пластик карточку. С нее капитану жизнерадостно улыбнулась девочка-шатенка с двумя косичками и брекетами на обоих рядах зубов.

– Э-э-э…– растерянно начал он, и Полина с готовностью пояснила:

– Мне тут шестнадцать лет, мы всем классом на каникулах ходили фотографироваться, а потом до утра совершеннолетие отмечали! Скоро менять уже придется – наверное, совру, что потеряла, оставлю на память.

– А-а-а…

– Ой, это вы меня еще рыжей не видели!

Капитан кисло улыбнулся: ему и одного рыжего на корабле было многовато. После ухода Полины Станислав с Дэном остались в пультогостиной наедине. Наталья принимала душ, Мария Сидоровна переодевалась в каюте, техник привычно скребся в машинном, а доктор изъявил желание покататься на флайере (Венькин вопль во время коронной «свечи» Теодора был слышен даже на корабле). В принципе, можно было сдвинуть брови и припахать экипаж к чему-нибудь общественно-бесполезному: например, вымыть потолки или разобрать кладовку, скрупулезно инвентаризируя оставшийся от предшественников хлам, до ржавой гайки включительно, но в молодости Станислава столько раз заставляли «копать от забора и до обеда», а потом закапывать обратно, что он поклялся никогда ничем подобным подчиненных не изводить. Нет работы – пусть занимаются своими делами, во время аврала наверстают.